– Что происходит? Почему вы убить друг друга готовы, а леди Сузанна голосит на весь дворец, как по покойнику?
– Добрый день, Андриан, – поздоровалась я, не отводя глаз от Люциана. Если по звериным законам это означает вызов, то пусть этот ублюдок не сомневается, что я бросаю ему вызов. Тот все прекрасно понял и заскрежетал зубами, игнорируя кузена. Тогда решила ответить я: – Да как тебе сказать. Застала учительницу, взятую по рекомендации ключницы, бьющую мою дочь по рукам указкой. Сообщила этой гадине, что если она еще раз поднимет на ребенка руку, я ее убью.
И готова это даже сделать, если меня вынудят к ней идти, – с намеком ответила я.
Андриан охнул, а Владыка с арктическим холодом в голосе сообщил:
– Если вы сейчас к ней не пойдете, то обещаю, вы пожалеете.
– Если вы заставите меня идти, то обещаю, пожалеет она.
– Следуйте за мной, или вам помогут дойти, – рыкнул он.
– Как скажете, – не стала упираться я."
"– Кристиан?! – Андриан был ошарашен происходящим, но я не ждала от него поддержки.
Мы с Владыкой дошли до черты, когда я или отстою себя и своего ребенка, или он меня сломает. Ему плевать на справедливость. Пошел на принцип и решил показать, что он здесь самые крутые яйца? Пусть пеняет на себя. В любом другом вопросе я не была бы столь категорична, но не когда дело касается моего ребенка. Чтобы кто-то еще посчитал себя вправе ее бить? Да не бывать этому! Поэтому, когда он развернулся и зашагал в сторону дворца, я пошла следом.
Возле дверей комнаты, где проходили занятия, толпились слуги, а из самой комнаты доносились причитания ключницы.
При появлении Владыки народ расступился.
– Разойтись! – бросил он, и зрители начали рассасываться.
Заметив Владыку, ключница заголосила еще громче, но, натолкнувшись на мой полный ненависти взгляд, даже сделала шаг назад.
– Ты, – прошипела я, переведя взгляд на девицу, которая так и сидела на стуле.
– Госпожа! – затряслась она при виде меня. У нее была истерика, и зубы отбивали дробь. – Я все сделала, как вы сказали.
Я сижу… госпожа, я сижу! – В конце она уже скулила.
Владыка бросил на меня полный ненависти взгляд, как бы говоря: «Это ваших рук дело!»
Да пошел он! Это не его ребенка били. Хотя, если честно, я не ожидала такой бурной реакции от нее. На меня смотрели как на монстра, который пришел откусить голову.
– Можешь встать, – сказала ей. Та поднялась и тут же рухнула на пол. Не обращая внимания на присутствующих, она поползла ко мне, униженно заглядывая в глаза.
