У меня еще будет разговор с леди Сузанной, да и к дочери я больше эту так называемую учительницу не подпущу. Нет, ну как она могла?! Чувствуя, что меня опять накрывает волной ярости, я лишь крепче сжала зубы.
Мы спустились на кухню, где запаслись провиантом, и пошли на конюшню. Конюхи провели нас в стойло с жеребенком, где дочь кормила и ворковала с ним, поглаживая по шелковистым бокам. Там и нашел нас Владыка.
– Нам надо поговорить! – холодно произнес он, но глаза были угрожающе сужены.
– Как скажете, – только и ответила я.
– Сантос, присмотри за девочкой, – бросил он и пошел на выход.
– Котенок, поиграй здесь. Я скоро приду, – сказала я и последовала за ним. Это он вовремя пришел. Даже искать не пришлось.
Как только мы покинули конюшню, Владыка резко развернулся и навис надо мной.
– Объясните мне, по какому праву вы угрожаете смертью моим людям? – процедил он."
"Эко его припекло. Даже до своего кабинета не дотерпел.
– Вы какого-то конкретного человека имеете в виду или вообще?
– А вы еще кому-то угрожали? Я хочу узнать, почему учительница вашей дочери трясется от страха и боится выйти из класса, так как вы приказали ей сидеть.
Она отчего-то уверена, что если ослушается, вы ее убьете.
– Значит, она не так меня поняла.
– Неужели? – на губах Владыки появилась нехорошая улыбка.
Надеюсь, он не ждет, что я буду оправдываться?!
«Ох, леди Сузанна, зря вы перешли мне дорогу. Теперь между нами будет война!» – мысленно пожелала всех благ данной дамочке. Кого, как не ее, надо благодарить за визит разъяренного Владыки.
– Я всего лишь предупредила, что если она еще раз поднимет на мою дочь руку, то я ее порежу на ленточки. Пусть эта дрянь радуется, что я ее не тронула. Не хотела травмировать зрелищем ребенка.
– Здесь лишь я решаю, кого и как наказывать! – сначала устрашающе рявкнул он, а потом переспросил: – Что значит поднимет руку?
– Когда я зашла в класс, эта так называемая учительница била по рукам мою дочь указкой из-за того, что у нее устали пальцы и она не могла больше писать.
– Учителя иногда наказывают нерадивых учеников, – заметил он.
– Бить указкой детские пальчики маленькой девочки вы считаете нормальным?! – вызверилась я.
– Я разберусь!
– Я уже разобралась! – с нажимом парировала я.
– Вы не имеете права угрожать моим людям, – вскинулся он, цедя слова.
– Ваши люди не имеют права бить моего ребенка! – взорвалась я. – Если еще кто решится на это, у вас на одного ВАШЕГО человека станет меньше.
