— Прошу прощения, я сейчас вернусь.
Стараясь вести себя непринужденно, я выхожу из аудитории, прикрываю за собой дверь и подхожу к окну напротив.
Мне нужно успокоиться, просто дышать.
Пока привожу в норму дыхание, приходит второе сообщение.
Егор:
«Куда ты сбежала, малыш? Уже возбудилась?»
Вздыхаю, наполняю легкие воздухом и набираю ответ.
Я:
«Ты в своем уме?»
Егор:
«Вполне. Детка, давай ты просто всех отпустишь пораньше?»
Я:
«Даже не думай об этом»
Егор:
«Малышка, я уже подумал. Ну скажи, приревновала, да?»
Он еще издевается!
Я:
«Знаешь что, иди ты…»
Егор:
«Ох, Александровна, я пойду, обязательно пойду, и ты со мной»
Ничего не отвечаю, перевожу дыхание.
Нет, ну какой засранец.
Егор:
«Не ревнуй, Ксюш, Соня просто друг»
Я:
«Я не ревную. Можешь дальше таращиться в экран»
Отправляю и только после понимаю, что натворила.
Боже, я ведь действительно веду себя, как ревнивая истеричка.
Ревную? Да ревную, дико ревную! Как и тогда — несколько недель назад — в чертовом ресторане отеля.
Потому что Волков, он такой…
И девчонки эти, они ведь его ровесницы, обычные студентки, без детей и проблем, веселые, проживающие лучшие свои годы. И у него сейчас тоже лучшие годы, когда с друзьями по клубам ходят, когда гудят до самого утра и девчонок каждый день меняют, а не впахивают с утра до вечера, растрачивая такое бесценное время.
Егор:
«Ксюш, ну это по работе, малыш»
Я:
«И какое же отношение Никитина имеет к твоей работе?»
Егор:
«Самое прямое, Ксюш, самое прямое, ты не поверишь, но мы с Белым не единственные гении в этом городе)))»
Молчу, не знаю, что ответить, а Егор тем временем шлет следующее сообщение.
Егор:
«Ксююшш, ну не ревнуй, малыш, ты же понимаешь, какой там завал, нас с Белым на все не хватает)))»
После его сообщения мне в очередной раз становится стыдно. Он ведь и правда много работает. С некоторых пор непозволительно много. Пусть по больше части из дома, но это не отменяет главного — он делает это из-за меня, ради меня, ради нас.
И это лишь вопрос времени, когда подобный образ жизни скажется на его успеваемости, или еще хуже — здоровье.
А я ведь просила, несколько раз его просила, сбавить обороты, поберечь себя, он же только отмахивался.
Убираю телефон в карман и возвращаюсь в аудиторию.
— Я прошу прощения, — обращаюсь к ожидающим меня студентам, — но на сегодня вынуждена закончить, продолжим на следующей паре, все свободны.
