И с интересом пялится на Арона, пока он отвечает на вопросы женщины в окошке.
Скучать этой черноволосой не дает Виктор. Что-то показывает ей в своем телефоне, склонившись прямо к ее лицу. И сам смотрит в вырез ее ярко-красной блузки.
Поразительно.
Громко фыркаю, уязвленная таким поведением.
Сначала явились следом за нами сюда и торчали тут до утра, рядышком, глаза мозолили. А теперь с вокруг этой брюнетки столпились, словно она суперзвезда и скалятся ей, улыбаются.
Спрашивают, к кому она летит, в гости или на отдых.
- Что, лапушка? - Николас забирает наши паспорта. Он братьев и не видит, сверяется со временем. - Есть хочешь?
- Нет, - ответ получается резким, недовольным. Вместе с Ником шагаю по залу и заставляю себя не оборачиваться больше. Пусть делают, что хотят. Если совести нет. - Расскажи про домик.
- Дом, - поправляет Ник. Он идет вдоль магазинов, мимо алкоголя и косметики, трет нос. - Я же говорил. Дом друга. До моря - рукой подать. Туристов там нет, райское место. Будем вдвоем, - на этих словах он оглядывается на братьев.
- В чем дело, Алиса.
- Просто зачем надо было ехать с нами, - останавливаюсь возле витрины и рассеянно смотрю на товар. - Сейчас подцепят кого-нибудь в аэропорту. И испортят отдых.
- Тебя только это волнует, - Ник за бедра, рывком, разворачивает меня к себе.
Наткнувшись на его внимательный взгляд осекаюсь, представляю, как это все со стороны выглядит - и краснею. А ведь это…безобразие. Стою и возмущаюсь, что его братья обратили внимание на другую женщину. Веду себя, как ненормальная собственница, словно при мне даже парой слов перекинуться с кем-то нельзя.
- Ты знаешь, зачем они летят? - задаю вопрос в лоб.
Николас молча кивает.
- И…что? - задерживаю дыхание от волнения. Все мы - взрослые люди. И все понимаем. Не просто на каникулы летим, в отпуск, четыре человека с одной фамилией. Которых прошлое связывает и такие воспоминания, что ноги подкашиваются.
- Алиса, пусть все идет, как идет, - руки Ника поднимаются по джинсам выше, гладят талию. - Я одно понял.
С тобой бессмысленно что-то загадывать. Все равно. Получится по-другому.
- Я не виновата, что нам проходу не дают, - напоминаю.
- Но ты не против.
С такой уверенностью это сказано, он насквозь меня видит. Как стыдно. Отвожу взгляд и ловлю его за руку, задираю рукав пиджака и смотрю на часы.
- В туалет успею сходить, - бормочу и отступаю. По залу двигаюсь к дамской комнате, мимо сонных людей и визжащих детей, утро такое раннее и темное, а за окном зима.
