Эффект Грэхема

 – Так почему же украшение Каррмы осталось у тебя в спальне?

Лицо его омрачает отчетливое раздражение.

– Думаю, она солгала на этот счет. У меня в спальне просторно и пусто, я бы заметил подвеску, оставь она ее там на самом деле. – Он пожимает плечами. – Мы однажды переспали, и я сказал, что повторение меня не интересует. Думаю, ей нужен был повод увидеться со мной.

– Ого. Кто-то здесь высокого мнения о себе.

– Ты правда считаешь, что отказал женщине, и она отчаялась настолько, что пробралась к тебе в комнату, оставила там украшение, а потом притворилась, что нашла? А что, если ты пошел бы наверх с ней?

– Готов поспорить, она бы что-нибудь придумала.

Вытащила бы кулон из кармана, пока я не вижу, а потом волшебным образом обнаружила бы его под кроватью или еще где.

– Или – послушай меня! – он правда выпал, когда она была у тебя, и оказался под кроватью.

– Говорю же, я бы заметил.

– Как скажешь, – закатываю глаза. – Мне так нравится твоя позиция: будто ты настолько хорош в постели, что женщина на край света пойдет, лишь бы вернуть твой пенис.

– Я и правда хорош в постели, – абсолютно серьезно заявляет он.

Сердце у меня заходится. Есть в этом парне что-то очень, очень сексуальное. Неудивительно, что Каррма пыталась вернуться.

Я отставляю бутылку с водой и притворяюсь, что сердце у меня стучит с нормальной частотой, а не отбивает чечетку.

– Еще раз потренируемся? – Я снова выезжаю на середину катка, и прохладный воздух остужает внезапно вспыхнувшие щеки.

– Беккетт не пропускает ни одной юбки.

Он этого внезапного заявления я замираю. Поворачиваюсь к нему.

– Просто подумал, что тебе стоит знать. – Райдер подъезжает ко мне, рассеянно поводя клюшкой по льду. – Он не из тех, кому достаточно одной женщины, а ты не похожа на девушку, которой нужно много мужчин.

В ответ вскидываю подбородок.

– Кто сказал? Может, мне нравится случайный секс с разными парнями.

Помедлив, раздраженно ворчу:

Он не сводит с меня оценивающего взгляда, и я просто теряюсь в его глазах. Никак не могу понять, о чем они говорят.

У него такое непробиваемое выражение лица, но сквозь синюю завесу что-то проскальзывает, готова поклясться. Не то чтобы пылкость, скорее…

Решить эту задачку я не успеваю: он моргает и опускает голову.

Я занимаю положение в круге вбрасывания. Райдер встает передо мной, держа в руке шайбу. Он все еще на меня смотрит.

– Ладно, довольно болтовни. Кидай шайбу, сучка.

– Ты правда назвала меня сучкой?

– Да. Практикуюсь в оскорблениях.