Тимурчик? Фу же, ну! Хочется ей рот с мылом прополоскать. А вообще не сказать, чтобы дамочка была очень рада услышать в трубке меня.
— В перевязочной твой Тимурчик, раны штопает, — говорю и называю номер больницы, где мы сейчас находимся. Частная клиника, попавшаяся по дороге.
— Ладно.
Прохладно."
"Я сбрасываю вызов и сажусь на кушетку в коридоре, пребывая в непонимании, что мне делать и какого черта я до сих пор здесь? Я помогла? Помогла. Все, с меня хватит. Сейчас сдам бедолагу из своих рук в лапки «кисы» и можно будет с чистой совестью ехать домой.
А то что-то сегодня денек выдался эмоциональный. Ноги подкашиваются, и в глазах темнеет, будто это я черепушкой стукнулась, а не Абашев младший.
Однако блонди не сильно торопится, а Тимура там, похоже, обвязывают как мумию с ног до головы.
Проходит десять минут, двадцать, когда стрелка подбирается к часу ночи, я сдаюсь. И только уже решаю свалить по-тихому, когда до слуха доносится цокот каблуков по каменному полу больницы.
— Где он? С ним все в порядке? — пищит девушка буквально с ходу.
— На пере… — не успеваю договорить, как из кабинета появляется виновник «торжества» с перебинтованной головой и пластырем с разноцветными птичками на брови. О, черт, прям мачо-мен! Смешок сдержать не получилось. За что и получила контрольный в голову от Абашева.
— Тим, ты попал на бабки, ты в курсе? — тут же налетает на него девица.
Ух ты, понимает? По-видимому, там все же мозгов чуть больше, чем «ничего».
— Без тебя знаю, — рычит парень, забирая у меня свой мобильник.
— Знаешь? А то, что Кучер из тебя кишки вытрясет, знаешь?
— Ты мне сюда приперлась нотации читать? Если да, то можешь валить. Ты свое уже отработала. Деньги получила, и все остальное тоже.
Воу-ч! Присвистнула я и тихонько бочком отошла от этой парочки подальше, старательно отводя взгляд, привалившись плечом к стене.
Надо же, МЫЛОдрама какая разворачивается на моих глазах.
— А ты правда думаешь, что кому-то нужен с такими долгами? — фыркает блонди. — Никому! И я приехала сказать, что ухожу от тебя, ясно? Не ищи меня, не звони и не пиши! — выдает «киса», наивно полагая, что он вообще собирался это делать. И заставляя, видимо, так же подумать Тимурчика, потому что тот, приофигевши, вздернул брови, когда девушка победно свалила в закат.
