"
"Обычно это затишье перед бурей. Потом я начинаю кусаться. А если учесть, что в моем положении еще и гормонам положено устраивать атомную войну внутри организма… Ох, уж эти беремекняшкины заморочки.
— Привет, мам! — смотрю на родительницу, — я в полном порядке. Да, на работу. Папа уже уехал?
— Еще час назад. Говорил, что ждет тебя в офисе, и просил, чтобы ты к нему заглянула.
— Отлично, мне как раз надо обсудить с ним один проект.
— Вот и прекрасно, — улыбается ма.
— До вечера.
— Люблю тебя!
Из дома я вышла при полном параде и сразу же села в свою машинку, которая вместе с Абашевым уже ждала у ворот.
В машину, по которой я снова начинаю скучать. Руль хочу. Педали верните!
Гр-р-р!
Закрываю дверь, отворачиваюсь к окну.
Молчу.
— Привет, — говорит Тим, сидя ко мне в пол-оборота.
Машина так и не тронулась с места.
У меня включен режим игнора.
Парень выжидательно смотрит на меня долгие пару минут, но потом, видимо, чувствует, что пытаться разговорить меня без толку, и заводит мотор.
Моя белоснежная ласточка с мерным рычанием мотора срывается с места.
Первую половину дороги мы едем все так же молча. Я снимаю очки и гляжу в окно на монотонный пейзаж и проезжающие мимо машины. Тимур пялится на меня в зеркало заднего вида.
Напряжение такое, что воздух можно физически почувствовать.
— Как ты себя чувствуешь?
Ну, надо же, какая заботушка! Кобель превращается в папочку? Ха.
Я опять молчу.
— Злат?
Тишина.
— Ты серьезно собралась меня теперь игнорить? — снова обращает на меня свое драгоценное внимание водитель.
— Следи лучше за дорогой.
— Я прекрасно управляюсь с дорогой, и ты это знаешь. Я другое спросил.
Я поджимаю губы. Но Тим сегодня как никогда, до ужаса, болтлив!
— Как ты себя чувствуешь? — не отстает он.
Я поднимаю свой взгляд, и мы встречаемся в зеркале. Как оно не воспламенилось — загадка.
— А тебе какая разница? — в какой-то степени я уже начинаю жалеть о том, что сболтнула о беременности потенциальному папаше. Молча бы сама решила все, избежала бы лишних волнений.
— Это общая проблема, — говорит Тим.
— Не волнуйся. Эта «проблема» тебя не касается, Абашев.
Он включает поворотник и перестраивается в правый ряд. Съезжает на обочину, останавливается и включает аварийку. Оборачивается.
— Я не то имел в виду… в смысле… это не проблема.
Мне становится смешно от того как он пытается подбирать слова.
Осторожный такой, где не надо.
— Да, ты прав, — фыркаю я. — Не проблема. Для тебя. Да и для меня.
