Тем более, что я нашла выход из сложившейся ситуации, — говорю и наблюдаю за его реакцией и эмоциями, которые, как картинки в детском калейдоскопе, четко и ярко отражаются на его лице.
Шестеренки в голове парня крутятся, и он выдает фантастическое:
— И что это за решение? Жениться? Сыграем свадьбу?
Глава 15. Злата и Тимур
Тимур— Это предложение? — высокомерно заламывает бровь Золотарева. А я и сам не понимаю, как это вырвалось из моего рта, но, как говорится, слово не воробей. Ловить поздно.
Да и почему нет? По идее, это логично, если во главу брать беременность.
На ее ехидный вопрос я ничего не отвечаю. Мне вот не до шуток. Зато Злата в ударе:
— Ты что, прикалываешься? — усмехается эта стервозина. — Я и ты?
— У ребенка должен быть отец. Ты же не собираешься растить его одна! — не спрашиваю, а констатирую факт.
Чего бы я не хотел точно, так это повторения своей судьбы у своего же ребенка! Когда отец живет своей жизнью, а мать и вовсе меняет ухажеров, как перчатки. Стоит привыкнуть к одному, как тут же появляется еще более денежная его замена.
У меня было такое детство. У моего ребенка оно будет счастливым.
— По-моему, это логично, нет? Мать и отец…
— И кто отец? Ты? Серьезно? — перебивает она и закатывается таким истеричным смехом, что даже слезы проступают на глазах.
— Я не шучу, Злата.
— Да какой из тебя отец, Тимур? Ты себя-то содержишь с трудом, а тут собрался стать главой семьи? Мужем? Отцом? Меня в качестве жены ты не потянешь, Абашев, забудь.
Поверь мне на слово, это была неудачная попытка пошутить. Не смешно, — тяжело выдыхает она, отворачиваясь. И не глядя на меня, выдает убийственную фразу:
— Я избавлюсь от беременности, она мне не нужна.
Повисает тишина в салоне.
Злата недовольно сопит. Я, кажется, перестал дышать.
Рука на руле сжимается до хруста, пока пытаюсь переварить сказанные ею слова. Меня словно по голове шарахнули из-под тишка.
— Не позволю! — рыкнул я в ее сторону.
— А ты серьезно думаешь, что я тебя спрашивать буду? Ты же не спросил, нужен ли мне этот… это…
— Злата, я не знал, что так получится!
— Тебя что, мама с папой не научили предохраняться?! Или подожди, — она с ненавистью смотрит на меня, — если не знал бы, что такое резинка, тут весь город уже давно кишел бы твоими генами в каждом ребенке, ты же привык трахать все, что движется! — уже не рычит, а шипит на меня змеей.
Ее глаза пылают, словно лесной пожар.
— У нас был защищенный секс.
