Его любимая зараза (СИ)

Правда, удивилась!

О каком-то таком обряде я уже слышала — обсуждали как-то с Гилом возможность породниться для нашего общего блага. Там, действительно, не имело значения, кого принимают в семью: дальнего родственника, бастарда, кровника или вовсе, абсолютно левого человека. Действие обряда было нерушимо и неоспоримо, ни для закона, ни для магии. И высшее общество уж точно не могло даже пикнуть что-то против или даже высказаться с пренебрежением. Ведь провернуть подобное стоило не просто дорого: осуществить оный обряд мог только сильнейший из магов…

А таких по пальцам пересчитать.

Ну и кто рискнул бы противоречить решению подобных магов?

И кто посмеет вякнуть против воли, осуществленной самим Темным Князем?

Мы с Гилом не смогли найти тех, кто смог бы нас породнить. Таких попросту не существовало на тот момент. Может, и был кто-то один, или даже два. Но что для них наши просьбы?

Нам к ним даже приблизиться было не дано.

А тут вся эта круговерть… ради меня. Почему?

— Кто есть у меня, кроме тебя? — вдруг блеснул желтыми глазами метаморф. — Ты — вс-с-сё моё. К тому же, кто еще сможет защитить тебя от Князя, как не твой отец?

А вот тут я уже припухла знатно.

Это еще в каком смысле?!

— Лес-с-сь, — шипяще рассмеялась эта змеюка подколодная при виде моего лица. — Ты бы себя видела!

— Ну, знаешь, — почти рассердилась я. — Такое не каждый день услышишь! И шо сие значит, позволишь спросить?

— Давай так, — хитро прищурился змееподобный директор Сааразас.

— Ок, — невольно загоготала я, хотя, на самом деле, больше хотелось немного порыдать от умиления. — Как отказать, когда так просят? Вымогатель!

Впрочем, рыдать от умиления я продолжила и позже, когда обнаружила… та-да-даааам! Собственную ванную!

Нет, я уже давно поняла, что на Рантаре цивилизованный водопровод — это признак ну очень богатых и влиятельных людей.

Удивляло только, как за пару сотен лет все его богатства не растащили.

Впрочем, не мне ли не знать, как Великий Темный Властелин наказывает тех, кто провинился, и благодарит тех, кто оставался ему верен? Мне те показательные выступления вовек не забыть! И всей Академии тоже.