Его любимая зараза (СИ)

— Меня тоже перекосило?

Я только фыркнула, мысленно, и очень-очень тихо — боялась снова разбудить притупившуюся головную боль. После нехитрых магических манипуляций, она не ушла совсем, она просто тупилась, уже не раскаленным сверлом вгрызаясь в висок, а всего лишь методично, лениво постукивала в него тяжелой кувалдой.

И все равно, она, как и все остальное самочувствие, не помешали мне рассмотреть в серебристых глазах Князя то, чего я никак не ожидала там увидеть.

Это был страх. Страх и, пожалуй, отчаянье.

Сильнейший мира сего просто боялся, что я до сих пор его не простила, и прогоню сразу, как только мне станет немного легче.

Но были ли для этого основания? Резкие такие, сильные, значительные?

Я… да я «хз», если честно!

Кто способен думать с дикого бодуна? Покажите мне этого героя, и я его самолично спою, попросив помощи от Аарахарна. А тот знает толк и в развлечениях, и в изощренных пытках. А иногда это вообще, одно и то же!

— Я все знаю, — негромко сказала я.

Сказала… и прикусила язык, пока больше ничего не ляпнула.

— Знаешь что? — выгнул одну бровь Темнейший, складывая руки на груди.

И тут я могла бы сделать морду загадочной тяпкой, поиграть на его чувствах, заколебать полунамеками, и вообще, заняться вышиванием крестиком из нитей его нервной системы. Но я просто сунула ему под нос свое запястье с браслетом, молча и многозначительно.

Пожалуй, хватит с нас пустых разговоров и вечных препинаний.

Великий Князь тут же изменился в лице:

— Откуда ты… А, ясно. Сааразас! Верно?

— Именно, — хрипло откинулась, с особой осторожностью устраиваясь повыше на подушках. Чувствовала я себя, конечно, паршивенько, но пока очень даже терпимо. Да и, в нашем мире, если подумать, после Новогодних праздников страшнее было. Особенно первого января! — Спасибо моему новому отцу, перевел. А теперь, Ваше Темнейшество, я жду объяснений. Или я по-прежнему их не достойна?

— Я-то расскажу, зараза гордая моя, мне несложно, — складывая на груди руки, самодовольно усмехнулся Князь.

— Дариан, не беси меня, — улыбаясь от всей души, сердечно попросила я.

— Хорошо, — вздохнув, будто это его, а не меня только что выворачивало наизнанку (хотя, в принципе, так оно и было — благодаря Морене доставалось-то обоим!), согласился Великий Князь.