Без сопровождения, — ответила ей, вздёрнув подбородок. — И я сама решу, когда мне лучше вернуться.
Женщина сверкнула недовольным взглядом и хотела было что-то сказать мне, но я не позволила, опередив её.
— Повсюду камеры, Анна Петровна. Вам незачем переживать.
Резко развернулась и пошла в малую гостиную, что мне так понравилась.
Но вдруг, я остановилась и прислушалась."
"Я слышала крики.
Обернулась и озадачено посмотрела на побледневшую вдруг Анну Петровну.
— Что это? — спросила её.
— Ничего. Идите к себе, Елена Анатольевна.
— Талгат! Талга-а-а-а-ат! Убью тебя, ублюдка кусок!
Я опешила.
— Ничего?! — воскликнула я. — Откуда голос?! Вы кого-то ещё удерживаете?
— Никого мы не удерживаем! — рассердилась Анна Петровна. — По-хорошему прошу вас, возвращайтесь к себе.
— Ну уж нет. Я хочу знать… — и я тут же замолчала.
Медленно перевела взгляд на Анну Петровну и шприц в её руке.
Прижала ладонь к шее справа, куда эта мерзавка посмела воткнуть иглу, и прошипела:
— Ах ты, сука!
— Вы сами виноваты, Елена Анатольевна, — проговорила она и оскалилась.
— Лучше спи и не волнуйся ни о чём.
Препарат начал своё действие практически незамедлительно.
Перед глазами всё поплыло, в ушах словно образовалась вата, и все звуки я слышала плохо.
— Спите, Елена. Вам хорошо. Очень хорошо. Отдыхайте, набирайтесь сил и ни о чём не волнуйтесь. Вы в безопасности.
Глава 16
Артур
Вернулся я через полторы недели. И все эти грёбанные дни я думал лишь о своей девочке.
Даже представить себе не мог, что буду по ней настолько сильно скучать, отчего моё сердце ныло, а тело и член буквально рвались назад — домой, к ней, моей сладкой и непокорной красавице.
Анна мне докладывала о каждом её шаге и поступке.
Сейчас моя Лена была тихая и спокойная, благодаря лекарству. Никуда не стремилась сбежать, а лишь отдыхала и расслаблялась.
Меня огорчил только один момент. Она услышала моего чёртового братца!
Но ничего, я проучу эту гниду, раз он не понимает хорошего обращения.
Я должен рассердиться, что моя девочка только под препаратом покорная, но не могу. Мне нравится её черта характера — протест и мятежный дух в ней.
Но мне любопытно посмотреть и узнать её такую новую, не совсем в прострации, какая она, когда покорная. Когда сама будет хотеть меня и с радостью выполнять любые мои желания, считая их высшим благом и для меня, и для себя.
Медленно зашёл в её прохладную тёмную спальню и включил приглушённый свет.
