Его моя малышка

И белобрысый мальчишка лет пяти, увидев гостя, бросился к взрослым, с криком:

— Мама, мама, там какой-то дядя.

Сердце застыло, затихло, замерло. И вновь пошло, когда Марина повернулась и удивилась. Удивилась радостно, словно зажглась, вспыхнула, засияла и пошла ему навстречу.

— Прости, что без приглашения, — всматриваясь в её потрясающие глаза, сейчас серо-сапфировые, как же хотел он её обнять, прижать к себе и наконец, с облегчением выдохнуть. Но, конечно, сейчас он этого не сделал.

— Тебе не нужно приглашения, — улыбнулась она.

Свои. Как же много было всего для Романа в этом слове. Как же тронут он был тем, что и правда оказался здесь своим.

— Я хочу поднять тост, — привлекла внимание где-то посреди застолья под пышно цветущей черёмухой Зойкина мама, — за Марининого отца. Уж простите за эту лёгкую грусть, но все мы, наверно, по нему скучаем. Я так каждый день, глядя на этот дом, что он помогал нам строить.

— Я каждый раз, когда иду на работу, — поправил очки Вагнер.

— Да брось, Гриш, мы бы потеряли больше, — толкнула его плечом Марина.

— Ты же писарем у него работал, когда был в армии? — спросила Зойка.

— Ну, скажешь тоже писарем, — хмыкнула жена Вагнера Юля. — Он компьютеры чинил при штабе округа. Потом бухгалтерию там устанавливал, программы всякие им писал. А потом всё, отслужил.

— А встретился отцу снова, когда мы как раз свой первый склад сняли и штат набирали, — улыбнулась Марина.

— В общем, я вижу с тех пор не много изменилось, — улыбнулся Моржов.

— Точно, — выставив вверх палец, улыбнулась ему Зойка.

— Да уж. Как вспомню! Денег нет, работы нет, жена беременна, двойней, — почесал макушку Вагнер.

— А у нас только-только стало получаться. Машину купили товар возить, ну про склад я уже сказала."

"— Ром, а ты знал, что её отец квартиру продал, чтобы Маринке на фирму деньги дать? — спросила Зойка.

— Нет, — покачал головой Роман. — Но я его понимаю. Я бы тоже продал, — улыбнулся он.

— Настолько веришь в неё? — вздёрнула идеальные брови Зойка.

— Только в неё и верю, — улыбнулся Роман.

— Дядь Ром, — вклинился между ним и Моржовым Андрюша и показал пальцами: — Настолько?

— Нет, во-о-от настолько, — развёл Роман его руки в стороны.

— Так пусть нас в жизни окружаю только те люди, что в нас верят, — улыбнулась Нина Ивановна.