Если мы всё-таки не договоримся, останется надежда на психологов и судью. Мы с Риткой много гуглили, и я немного успокоилась. Далеко не всегда дают права отцам, пусть даже они биологически детям родные. Так что я готова была идти на эту беседу не столь враждебно настроенная.
Но юриста искала всё равно. Как и следовало ожидать трое из тех, что я нашла, отказались от дела, едва я говорила, что суд будет с Игорем Тихомировым. Четвёртый согласился, но запросил баснословный гонорар за представление меня на суде, так как он может потерпеть убытки и проблемы после хотя бы попытки схватки с Тихомировым.
Таких денег у меня нет, и мне придётся полагаться лишь на судью и психолога на процессе. Единственное, что юрист готов был сделать — составить для меня грамотные материалы для дела и объяснил, чем я должна апеллировать в зале суда. Мне пришлось довольствоваться тем, что есть, хотя это тоже приводило вечерами меня в упаднические настроения.
Богдан тоже переживал, видя, что со мной что-то происходит, и постоянно спрашивал, почему его мама так грустит, не он ли виноват в этом? Сын решил, что обидел меня он, и пришлось объяснять малышу, что он не виноват ни в чем, и маму обижает жизнь.
Причины я ему назвать не могла, и пришлось уклончиво рассказать, что у мамы трудности, но скоро она всё-всё решит. Мой маленький мужчина взял слово, что я не буду плакать, и мне ничего не оставалось, как пообещать ему. И я буду стараться держать своё слово перед ребёнком.
За несколько дней до беседы с Игорем, меня прямо с утра неожиданно позвала Лариса.
Даже вещи не дала оставить на рабочем месте, прямо с начала рабочего времени ждала меня в отделе. Она затолкала меня в кабинет и повернулась. Лицо серьёзное. Я запереживала. Что могло бы случиться ещё?
— Ларис, какие-то проблемы? Я напортачила что-то с последним проектом?
Как раз вчера я закрыла его и сдала. Наверное, что-то не так сделала, Лара так странно смотрит на меня. Не хватало ещё…
— Ты уволена, Вера.
Мысли вылетели из головы. Я открыла рот и растерянно захлопала глазами:
— Как.
.? Почему? Что я сделала?
— Поссорилась с Тихомировым. Разве не ясно? Распоряжение сверху заменить тебя.
Опустила голову. Кто бы ещё такое мог сделать? Почему он такой безбожник? Мне ведь его собственного сына теперь кормить нечем будет! У меня есть небольшие накопления, а квартира застрахована, но долго страховая не будет платить за меня в случае потери работы.
— Вер, сядь, — сказала Лариса, сложив руки на груди.
