Я молча опустилась на первый попавшийся стул, глядя в одну точку.
— Послушай. Я не хотела бы с тобой расставаться. Если ты решишь вопрос с Игорем, возвращайся. Ты талантливый сотрудник, я тебя возьму назад. Но сейчас не могу оставить.
— Я понимаю. Я всех понимаю, только мне-то что теперь делать? Я ведь не замужем за миллионером, чтобы потеря работы не обернулась для меня катастрофой.
Начальница вздохнула, заметив как я не сдержалась и захлюпала носом от слёз, налила стакан воды и протянула мне.
— Верка, ну не глупи.
Сделай, как просит Игорь. Ты только выиграешь от его покровительства. Видишь, как он давит. Твоё место решил показать, чтобы не забывалась, с кем ты воюешь. Будешь артачиться и дальше — он тебя совсем утопит, и не пожалеет. Ну несправедливый наш мир, что с этим сделаешь? Всем не быть королями. Он сильнее, он тебя всё равно победит. Будь хитрее. Пойди Игорю на уступки. И тогда Тихомиров позволит тебе вернуться на работу. Я боюсь, что он сейчас и на другое место не позволит устроиться, пока ты не даешь то, что ему нужно.
— Волчий билет организует? — утёрла слёзы и горько усмехнулась.
— Думаю, да. Иначе какой смысл от этого цирка? Тебя сейчас никуда не возьмут.
Лариса достала из сумки бумажные платки, вынула один и протянула мне.
— На. Я тебе помогу, не могу я смотреть, как ты всё это на себе одна тащишь. Но только если ты пообещаешь поговорить с Игорем спокойно.
— Как поможешь? — подняла на неё заплаканное лицо.
— Я тебе буду давать заказы. Как удалённому сотруднику.
Мимо кассы. Много дать не смогу, но на кашу с маслом сыну хватит. Но долго мы так не протянем. Тебе нужно искать точки соприкосновения с Игорем. Война с ним только тебя измотает, а ему хоть бы хны, всё равно своего добьётся. Обещаешь поговорить с ним?
— У меня нет выбора. Обещаю.
— Вот так-то лучше. Дай Бог, тебе, бедная. Вот ведь не повезло встать на пути Игорька нашего.
Да, Лара права. Пытается помочь мне, но как я с ним должна беседы вести, когда он меня всё больше в капкан загоняет и вынуждает сделать так, как хочет Тихомиров? Подло.
Но действенно."
"Я ненавижу его так, что трясёт от одной мысли о нём. Но мне ничего не остаётся, кроме как всё же попытаться с ним договориться. Ради Богдана. Мне придётся перебороть свои эмоции, ущемлённое эго и выслушать его. Я постараюсь.
Это очень тяжело. Умом понимаю, но как только он начинает нагло требовать права на моего ребёнка, я начинаю сходить с ума от паники и ненависти. Переклинивает тут же мозг.
