Её я пальцами откинула на бок.
Не сопротивляйся, Соня. Чувство сильное. Сочишься по нему телом, всей душой тянешься.
Запах его в нос забирался и скулёж вызывал. Но когти опыта рвали сердце.
Не будет сказки, всё всегда сложно. Но… если любит, если чувство взаимное, можно же вместе всё пересилить!
Как же хочется любви!
Как хочется быть парой, быть вместе.
Измены, предательство, унижение?
– Ударилась? – обеспокоенно спросил Лёшка, откидывая в сторону куски порванного рубероида.
– Нет, – выдохнула я.
– А чего слёзы? – ласково улыбнулся он.
– Это последний раз, Лёша. Доверяюсь последний раз. Если ранишь, если обманешь, никогда… никому не достанусь."
"– Не достанешься никому, потому что моя, – строго сказал он, расстёгивая пуговицы халата. Куни хочешь?
– Хочу, – тихо смеялся я, чуть касаясь его лица. – Будь первым, никогда не получала такого.
– Первым? Да я с радостью, снимай трусы, – его рука уже стаскивала мои трусики с бёдер.
Именно трусики. Пусть размер впечатляющий, но они тонкие, маленькие и кружевные.
Но как практика показывает, мужчина в порыве страсти на женское бельё вообще не смотрит. Мужчину скорей возбуждает куча одежды, в которой надо сладкое откопать, ну ни как не стринги и лифчик в комплекте.
Горячий мягкий рот прямо на моём клиторе. Такая нежность, что глаза закатила и ляжки свои толсты шире распахнула.
– Лё-ёша, – стоном протянула я, изгибаясь дугой.
Прямо в нужной точке терзал. Такое тяжёлое удовольствие накатило. Оно копилось, тряслось и требовало выхода. Тело желало быть заполненным.
Я метаться начала, в волосы его вцепилась.
– Внутрь хочу! – заныла я, не зная, куда деваться от его настырного рта.
Внутрь вошёл палец. Всего один палец, а такое творил. Просто входил, а я его хотела засосать. Мышцы все напряглись, желание разум туманило. Эмоции через край бились, и я стонала в голос, скулила и ещё хотела.
Ещё!
А любовник настырный, решил довести до пика. Бугорок возбуждённый всасывал, а потом языком теребил, быстро жёстко.
И я взорвалась от такой настойчивости.
Оргазм накатил и с судорожной волной накрыл всё тело.
Заревела я, захватив несчастного Лёшку ногами.
– Соня, Сонюшка, – заполз наверх, прикусил сосок на груди.
Я рыдала. А он губами вцепился в мой рот.
Запахи, вкус всё перемешалось. Лёшка пристроился между моих ног и вошёл в лоно.
И это после Виагры у него так стоит. Здоров мужик! Как начал меня трахать, так я только сено в кулаках зажала и голову назад откинула. Оставалось только кричать.
