Нет, мне нужно, чтобы она расслабилась окончательно! Хочу увидеть ту самую смелую, дерзкую Еву, какой она была в первый день и вчера на горнолыжной трассе. А еще ужасно хочу ее разговорить! С момента нашего “знакомства” мне все не дает покоя услышанное ночью, да и их историю с моим сыном я тоже жажду узнать. И когда, если не сейчас? Эриксон, конечно, моему намеку внял, но кто знает, как долго он сможет играть спектакль под названием “коммунальные службы не справляются”?
– Как тебе? – киваю, намекая на бокал, и делаю и сам глоток, отрывая взгляд от желанных губ, которые провокаторша Ева, слегка облизнув язычком, снова поджимает.
Ох, твою мать, как это сексуально выглядело!
– Вкусно. Мне нравится. Хотя я плохо разбираюсь в алкоголе и мало что пила… верней, совсем ничего, кроме коктейлей тогда в клубе и вина сегодня, не пила.
– Серьезно?
– Угу. По клубам я не хожу, вечер знакомства был исключением, с бабулей не выпьешь, да и желания особо не было никогда. Поэтому… – берется за вилку Ева, отламывая от стейка маленький кусочек и, поднося его ко рту, проглатывает с таким наслаждением, что… Млять! Уймись ты, дружище, иначе скоро мы будем ужинать стоя.
Оба.
Опрокидываю в себя снова полбокала вина. Помогает едва ли.
– М-м-м, Дам, это очень вкусно! – смотрит на меня снежинка почти как на божество во плоти. – Где ты научился так готовить?
Дам. Почему меня так ведет, когда слышу это “Дам”?
– Оно само, – отвечаю, тоже берясь за вилку. – По молодости я любил это дело. Даже какое-то время подумывал строить карьеру в мире кулинарии, но быстро отказался от этой идеи.
– Почему?
– Потому что вести проекты и руководить корпорацией у меня получается еще круче, чем размахивать поварешками.
– Самоуверенно, – смеется Ева, отчего вокруг ее глаз разбегаются лучики, а я улыбаюсь в ответ.
– Какой есть.
– И часто ты... готовишь?
– Совсем не часто, снежинка. Это, наверное, первый раз за последние лет пять, когда я что-то готовил. А когда я готовил последний раз для девушки, уже и не вспомню.
В универе, наверное, – отвечаю предельно честно и сам удивляясь тому, как оно все интересно получилось. Оля любила завтраки, обеды и ужины исключительно в ресторане, а Нику спроси, она, скорее всего, даже и не знает, что я умею готовить. Другие же женщины в моей жизни были проходными “эпизодами”, с ними и подавно душу раскрывать не было ни желания, ни сил, ни смысла.
– Тогда это вкуснее вдвойне! – смотрит на меня Ева и тянет свой бокал, легонько чокаясь с моим.
