– Вика, откуда опять вылезла ложная скромность?
– Я все равно не представляю, как взять и запихнуть в себя это… Они не поместятся…
– Я помогу, – коварная улыбка Староверова дает понять, что на снисхождение можно не рассчитывать. Так или иначе игрушку он на мне опробует.
Данил как раз настигает меня. Позади кровать, впереди виброшарики.
И вот вроде бы после того, что со мной творил Данил, неловкости уже остаться не должно. Он был во мне, не стесняясь открывая для грани секса, я мастурбировала у него на глазах, Данил брал меня даже там, где нас могли застукать.
А сейчас я робею.
Он запихнет в меня эти штуки и будет смотреть своими красивыми невозмутимыми глазами, как я… И не похоже, что Данил собирается присоединиться. Это будет горячее зрелище для его развратной натуры. Ему явно нравится смотреть, я поняла это и по той скрытой камере, и реакции на мой стриптиз наоборот. Быстрый взгляд ему ниже пояса, и я вижу, что он уже заводится. Порочность Староверова безгранична.
Рука Данила скользит снизу-вверх, от бедра к ребрам, и ложится на грудь.
Слегка сжимает. Кружево бюстгальтера настолько тонкое, что я прекрасно чувствую тепло его руки. Сердце от волнения бьется испуганной птичкой. Сейчас что-то будет…
Староверов бросает игрушку на постель, второй рукой обхватывает мое лицо, большим пальцем нажимая на пухлую нижнюю губу, и просовывает его в приоткрывшийся рот.
Я обхватываю его губами и послушно посасываю, пока он продолжает забавляться с грудью, слегка пощипывая сосок. Удовлетворившись моей покорностью, Данил притягивает меня к себе, и его губы накрывают мои.
Поцелуй далеко не целомудренный, он полон сдержанной страсти. Я откликаюсь на него всем существом, в тайне лелея надежду, что смогу сбить Староверова с мысли, и он расчехлит свой орган и насадит меня без всяких там лишних вещей.
Зарывшиеся в мои волосы пальцы мягко массируют затылок, спускаются к шее, к лопаткам, добираются до застежки бюстгальтера и расстегивают его одним движением. Грудь, более почти не удерживаемая, тяжело выскальзывает из-под чашечек, бессовестно выставляя сморщенные горошинки, и они касаются рубашки Данила.
Разобравшись с одной преградой, пальцы следуют вниз и забираются под трусики, ложась на ягодицу, которая почти полностью умещается ладони. Староверов прижимает меня за попку к своему паху, и я животом чувствую, что ему все нравится. Даже очень. И понимание, что именно я и фантазии с моим участием возбуждают его, рождает огонь внизу живота.
