И чем больше я напрягаю мышцы, тем острее и невыносимее ощущения. Но я не могу остановиться и перестать их сжимать.
Староверов задает мне какие-то вопросы, что-то говорит, но все проходит как в тумане. Интервью явно не удается.
Я больше не могу.
Если эта игрушка призвана помочь женщинам кончать, то я не знаю, смогу ли я дожить до этого момента, потому что в ушах шумит кровь, перед глазами уже плывут круги, а мне ничуть не легче.
Данил хватает меня за руку. Оказывается, я снова тянусь достать игрушку.
– Малышка, нет. Еще не все режимы…
Смотрю на него почти ненавидящим взглядом.
Сукин сын!
Я вижу, что ты и сам вот-вот взорвешься!
Волосы взъерошены, рубашки давно нет, брюки расстегнуты, член сжат в его ладони. Данил, оказавшемуся вплотную к разгоряченному телу, тоже нелегко. Так зачем ты сдерживаешься, мой порочный босс?
– Детка ты даже пахнешь сексом, – бормочет он, впиваясь шальными глазами в моей лицо.
А меня колотит."
"– Я помогу, – не выдерживает Данил.
Наклоняется и облизывает сосок, попутно пробираясь рукой между сведенных ног и находя горошинку. Да, так немного лучше, хоть и не легче.
А вот у Староверова происходит революция, и в кои-то веки побеждает не разум.
Стоит ему коснуться горячей и мокрой киски, как через пару движений, он швыряет телефон в сторону, не заботясь о том, выживет ли аппарат.
– Да пошло оно к черту!
Данил резко поворачивает меня на живот. Шелест одежды, и мгновеньем спустя меня накрывает жестким матерым телом.
Устраиваясь между с готовностью разведенных ног, целуя и кусая меня в шею, он просто раздвигает мои губки, достает игрушку и отбрасывает ее на постель.
Под звучное хлюпанье моей киски Староверов погружается в меня. Нет ни ласк, ни прелюдий, но они и не нужны. Сразу на всю длину, до самого донышка.
И с каждым толчком я вскрикиваю все громче.
Соски трутся о грубую ткань покрывала, пися горит и словно взрывается, перед глазами воображаемая картина, как мою дырочку буравит толстый увитый венами член.
Я уже не понимаю, это разные оргазмы или один затяжной.
Удовольствие грани боли.
Слышу, как Данил рычит. Тянусь рукой позади себя и хватаюсь за его ягодицы, впиваясь ногтями. Староверова это лишь постегивает. Такого жесткого секса у меня еще не было. Лишь бы не останавливался.
– Красивая и горячая. Сочная.
Когда Данил наполняет меня своей спермой, я уже лишь оболочка. Нет мыслей, не ощущений.
