– Даже если найду, это не то. Я хочу знать, каким его видишь ты. Уверена, у тебя есть портрет. Показывай, – требует она.
Я вздыхаю и выкапываю свой альбом из стопки на рабочем месте. Нахожу максимально пристойный рисунок и показываю в камеру.
– Точно попала. Не представляю, как ты до сих пор не сдалась, – Ви с интересом рассматривает набросок, на котором изображен Данил, прикуривающий сигарету. Я хорошо помню тот момент, мы остановились подождать еду на вынос для ночного пикника на пляже. Сидя на мотоцикле, он развернулся ко мне, и мне сразу же захотелось его нарисовать, поэтому я бережно сохранила этот миг в памяти.
– Держусь из последних сил, – я убираю альбом снова поглубже. Все-таки показывать эти рисунки для меня слишком интимно. Словно душу выворачиваю.
На телефон мне приходит сообщение: «Пора обсудить подробные планы». Ого, мы с Виолеттой разговариваем уже полтора часа.
– Все, Ви, меня вызывают. Ты в своих горах еще надолго?
– Нет через пару дней возвращаюсь. Скоро занятия начнутся. Постараюсь быть на связи.
Новое сообщение от нетерпеливого босса: «Ты где»?
– Мне пора. Целую, Ви, – меня внезапно тянет на нетипичные нежности. Сюсюканья у нас сестрой не в чести.
– Целую, вреднючка, – вспоминает Виолетта детскую обзывалку, и почему-то от этого у меня теплеет на душе.
Я еще некоторое время пялюсь в потемневший экран, но меня возвращает в реальность вновь пиликающий телефон.
«Есть новая информация. Поторопись».
Глава 31. Ви была права
Данил уже в столовой. Без пиджака и галстука, с закатанными рукавами и расстегнутым воротом, он выглядит не таким далеким.
Возможно, дело в том, что невооружённым глазом видно, что Староверов устал. Сейчас в нем больше человеческого, и он не напоминает совершенную аналитическую бизнес-машину.
Похоже, переговоры с так восхищающей Лидией были не такими уж гладкими. Да и после встречи весь путь домой, пока я рефлексировала, он решал какие-то вопросы. Думаю, во время моего разговора с сестрой он тоже не прохлаждался.
Ви растравила во мне чувства, которые я старательно усыпляла.
И теперь, когда я вижу проступившую щетину, складку между бровей, безупречную стрижку в легком беспорядке, мне хочется пригладить или наоборот взъерошить ему волосы. Рука так и тянется. Я помню, что его чуть вьющиеся волосы довольно жесткие и приятно щекочут ладонь.
Данил трет переносицу. Точно устал. А ведь нам еще предстоит многое сегодня обсудить. У владельцев крупных компаний, похоже, выходных не бывает.
