Где же закопана сбруя и мешки, вообще не понять, если не знать, куда смотреть. Она очень старалась откидывать в сторону целые пласты дерна, чтобы не повредить корни. Вроде бы все получилось, как было задумано.
Когда Кирсан повел ее в сторону беседки, Венди поначалу насторожилась. Решила, что вот сейчас ее как ткнут носом в медведкову сбрую, как спросят, кто она такая и что задумала, как позовут менталиста поопытнее и влезут к ней в голову, невзирая на всякие защиты…
Но нет, обошлось. Король всего лишь проявил романтичность натуры и решил отвести даму в красивое место, где очень кстати можно избавиться от надоедливого внимания стражников.
Те выстроились вокруг кустов, бдительно следя, чтобы никто не потревожил спокойствие его величества. Кирсан с Венди получили редкую возможность побыть наедине.
Впрочем, ничего выходящего за рамки приличий король себе не позволил. Разве что вел себя немного свободнее, чем на публике, открыто смеялся и рассказывал эпизоды из своей жизни в обители.
Венделин внимала, раскрыв рот: она и представить себе не могла, что его королевское величество вырос в изоляции, а после жил в поселении и довольствовался самым минимумом. Она-то думала, что он избалованный юнец, как и большинство аристократов, которых ей пришлось повидать за недолгий срок пребывания в Риоркане, а Кирсан оказался куда ближе к народу и привычной для Венди жизни, чем представлялось поначалу.
Проводив ее до самых покоев, король с неохотой отправился заниматься накопившимися делами.
Его отец передавал ему все больше полномочий, потому что день совершеннолетия Кирсана неумолимо приближался, и к сему значимому моменту он должен знать и уметь все, что положено правителю. Все же теория, преподанная в свое время мастером Риктом, это одно, а каждодневная рутина дворцовой жизни — совершенно другое. Нужно уметь самому улавливать тонкости и нюансы, а также читать доклады между строк.
С трудом отбившись от горничных, предлагавших в очередной раз сменить платье, на этот раз к обеду, Венди с намёком продемонстрировала им цветок.
Ей тут же принесли крохотную вазу, подходящую по размеру, и долго причитали над красотой цветка.
Относиться к ней стали еще более уважительно. Привычки и склонности Кирсана пока еще не изучили досконально и на всякий случай заинтересовавшую его девушку сразу возвели в ранг фаворитки. А как же, если она даже живет рядом, прямо — о ужас! — в соседних покоях.
