Отцу не приходилось опасаться ежеминутно, что Кирсан себя выдаст или всплеск дара уничтожит все живое вокруг — тот пробудился только в подростковом возрасте, когда они уже жили среди магов в обители и залпы огня посреди столовой стало довольно сложно объяснить.
Еще сложнее было носить капюшон не снимая и прятаться под землей каждый раз, когда из столицы приезжали проверяющие. Остальные маги знали, что ребёнок прячется от кого-то, и покрывали его по мере возможности, но и представить себе не могли, что помогают укрывать королевского бастарда.
Так что юность Кирсана сложно было назвать беззаботной."
"С каждым годом количество условностей и ограничений только росло, войдя в апогей после восхождения на престол. Теперь дар ему скрывать не приходилось, как и лицо, но он бы многое отдал за возможность прикрыть зевоту на заседаниях Совета мастеров капюшоном или спрятаться в подпол во время очередного торжественного ужина, когда все придворные зачем-то смотрели королю в рот вместо того, чтобы есть самим.
На фоне всего этого прогулки в королевском саду с Венди казались Кирсану глотком свежего воздуха, пропитанного ностальгией. Потому он, не сомневаясь, сорвал одну из красивейших роз, росших около беседки, и протянул ей, с замиранием сердца ожидая прикосновения нежных пальцев к своим.
Примет или нет?
Глава 16
В первую секунду Венделин замерла. Уставилась на цветок с недоумением и перевела вопрошающий взгляд на короля, который почему-то смутился.
— Просто подарок. Очень редкий сорт, его вывела моя матушка… Она любила розы.
Так говорит мой отец, сам я не помню, — в приступе откровенности выпалил Кирсан. — Прими, пожалуйста, в знак благодарности за все, что ты для меня… для всех нас делаешь.
Венди мило покраснела и опустила взгляд. Признаться, девушка растерялась совершенно искренне. Ей никто не дарил цветов просто так, потому что они красивые. Под землей каждое растение для чего-то нужно. Даже из того же шиповника или одичавших роз делали отвары и притирания или выжимали масло.
Но сейчас ей не хотелось общипывать деликатные лепестки. Она поднесла пышный кремово-розовый цветок к носу и вдохнула сладковатый аромат. По лицу короля расплылась довольная улыбка, и он предложил Венделин локоть, а потом повел ее в беседку.
На входе она замешкалась, делая вид, что поправляет юбку, и украдкой бросила взгляд на схрон. Трава в тех местах, где они с Маршей выбирались на поверхность, чуть привяла, но не критично.
