В первые две встречи с кулаками на меня бросался, а теперь как волчонок себя ведёт. Для Мота я — тот, кто у него мать забрал. Нет, — припарковался и взглянул на сестру, — подробностей он не знает, просто чувствует что именно я у него Полину отобрал. При ней Мот со мной милым мальчиком был, а без Полины я для него полузнакомый мужик. Он знает что я его отец, но, — усмехнулся невесело, — я ему нафиг не нужен.
Я ему не нужен, он не нужен мне, но мы видимся почти ежедневно, по часу. Разговариваем о ерунде под присмотром психолога.
Но каждый раз, когда я захожу, вижу в глазах Мота разочарование что пришел я, а не его мать.
О Полине Матвей иногда с любовью говорит, иногда с обидой и злостью — забыть то что было на дороге он не в состоянии несмотря на помощь психолога. Это останется с ним. Как и многое другое — то, что вскрылось в ходе наших бесед.
— Дэн, а можно я с тобой войду к Матвею? Если ты и психолог не против. Я не специалист, но меня детки любят. И опыт у меня есть, пусть и специфический: я волонтером в детском доме помогала.
Может, смогу хоть чем-то помочь? Может я хоть на время смогу его забрать, раз он тебя не воспринимает, если разрешат? Или станет только хуже?
Хуже не станет. Это подтвердила и психолог. Она сказала что Мот уже ждёт. Я вошел, он нахмурился при моём появлении, как обычно. А следом за мной вошла и Аня.
Глава 61
ДЕНИС
Он перепугался, когда увидел Аню, женщину. В глазах сына на секунду надежда мелькнула, что это мама за ним пришла. А потом он сощурился, пригляделся.
И спиной вжался в диван.
— Здравствуйте, — улыбнулась нам психолог. Ее голос негромкий, ласковый, она вертит в руках машинку. — Матвей, держи.
Мот машинально взял игрушку.
А мы без подарков. Сын сейчас в таком возрасте, что подарками его, наверное, можно купить, расположить к себе, задобрить. Только я играть грязно больше не хочу, Матвей ни в чем не виноват. И работать сейчас нужно с его психикой, а не откупаться, как я делал это раньше.
— Привет. Это Аня, — представил сыну сестру.
— Твоя тетя.
Он никак на это не отреагировал, лишь зыркнул на Аню и сильнее вжался в диван.
— Мама где? — спросил не у меня, а у психолога. — Когда придет?
— Мама пока не может. Но зато к тебе пришел папа, — напомнила психолог.
Матвей посмотрел на меня. И мне, взрослому человеку, захотелось все бросить, просто выйти за дверь и не возвращаться. Раньше он иначе смотрел, с восторгом. Теперь же он меня боится, а я понятия не имею, можно ли лёд растопить.
