Теперь могу представить! Они гипнотизируют свою жертву. Булат, не мигая, заглядывает мне прямо в душу, захотелось себя обнять и закрыться, не позволить узнать самое сокровенное.
Нас отрезвляет звук подъезжающей машины. Мы одновременно смотрим в сторону ворот. Черный джип замирает, сзади еще один въезжает. Из всех машин выходят люди в черном, сразу становится многолюдно. Во дворе яблоку негде упасть.
Вопросительно смотрю на Булата, но он не сводит глаз с последнего джипа, чего-то ждет. Отворачиваюсь, берусь за ручку входной двери, слышу, как хлопает дверка машины.
Дует ветер, небо действительно затягивается темными тучками. Передергиваю плечами и медленно поворачиваюсь. От машины уверенно направляется в нашу сторону мужчина, ранее которого никогда не видела ни в нашем доме, ни в нашей жизни.
Люди идут за ним, молчаливо признавая его лидерство, его превосходство, его власть. Даже Булат словно уменьшился в размере, когда незнакомец оказывается рядом с нами, с легкостью преодолев несколько ступенек.
Я забываю, как дышать, забываю зачем вообще нужно дышать. С широко открытыми глазами смотрю на мужчину. На вид ему чуть больше тридцати. Из-за бороды можно дать все тридцать пять. Темные длинноватые волосы зачесаны назад, уверенный взгляд карих глаз смотрит прямо. Открыто и без каких-либо эмоций. Черный костюм, черная рубашка подчеркивают смуглость его кожи. Он был… непонятным для меня. Если я думала Булат опасен, то сейчас стала понимать, что ошибалась. Опасность была именно в этом спокойном взгляде, который не давал никому узнать, понять даже предположить, о чем думает в данную минуту этот человек.
— Стелла, познакомься! Мой двоюродный брат — Эмин! — Булат своим вмешательством разрывает мой зрительный контакт с незнакомцем. Я растеряно смотрю на сына дяди Шахида, ощущая кожей, изучающий взгляд родственника Булата.
— Эмин, это Стелла Станиславовна Савицкая, дочь дяди Стаса и сегодняшняя именинница.
— Поздравляю! — раздается сухой голос брата Булата без каких-либо эмоций.
Вновь попадаю в плен карих глаза. Он смотрит на меня чуть больше трех секунд, потом видимо решает, что итак слишком много времени потратил на пустую формальность.
— Проводи меня до кабинета, дядя сказал, что они там! — обращается к Булату Эмин. Я дергаюсь в его сторону с желанием самой отвести к папе в кабинет, но он пригвождает меня к месту одним взглядом, слегка сдвинув свои темные брови. Послушно замираю, пропуская мужчин вперед.
