Егор Смирнов: каникулы в СССР. Том 1

Только после этой процедуры он прикасался к хлебу. Мне он тоже пытался привить эту полезную привычку, но, к сожалению, его попытки не увенчались особым успехом. Дошел я до этого уже сам в более зрелом возрасте.

Но сейчас, под отцовским строгим взором я не посмел забежать на кухню с грязными руками. К тому же, приглядевшись, я увидел, что основание правой ладони у меня залапано кровью Никитина. Быстро спрятав ее за спину, чтобы не заметил отец, я протиснулся в ванную и с удивлением огляделся по сторонам. Признаться, я уже успел отвыкнуть от этих в чем-то спартанских, но при этом по-своему уютных, советских интерьеров.

Под потолком висела обычная лампочка на длинном проводе. Слева у стены приютилась белая цилиндрическая стиральная машина «Волга-8» с торчащим из боковины черным шлангом. Справа стояла чугунная эмалированная ванна, а у дальней стены расположилась раковина рукомойника, кран к которой поворачивался прямо от душевого смесителя. Над раковиной висело зеркало, а под ним — длинная и узкая полка.

Я с интересом заглянул на нее. Там расположились бритвенные принадлежности отца: кисточка и металлическая плошка для взбивания мыла, бритвенный разборный станок и набор лезвий «Нева» в маленькой картонной коробочке. Также там лежала зубная паста: тюбик «Жемчуга» и, отдельно для меня, детская «Чебурашка», а также несколько потрепанных зубных щеток и круглая металлическая коробка от зубного порошка «Особый».

Я сразу же вспомнил популярную, особенно среди девчонок, игру в классики.

Они брали именно такую коробку от зубного порошка, наполняли ее песком и расчерчивали на асфальте дорожку из пронумерованных квадратов. Задача была как можно быстрее, прыгая на одной ноге толкать эту коробку по всем цифрам поочередно. Нельзя было допускать, чтобы коробка вылетала за пределы клетки или наезжала на разделительную линию. Кто всех быстрее справлялся с этой задачей, тот и выигрывал.

Уже после распада СССР эта игра предельно упростилась. И сейчас дети просто прыгают по этим клеткам для развлечения, не используя никакие баночки или другие подходящие предметы.

И, по-моему, в этом варианте уже нет былого азарта и интереса.

Я подбежал к раковине и вдруг замер. Первый раз за много лет я вновь увидел в зеркале свое собственное детское отражение. На меня смотрел щуплый мальчуган с озорными глазами, худощавым лицом и копной спутанных русых волос.

Почему-то я не воспринимал сейчас это отражение, как свое собственное.