Егор Смирнов: каникулы в СССР. Том 1

Бросив растерянный взгляд на меня, а потом на постанывающего Никитина, Димка в полусогнутом положении зашагал прочь и вскоре скрылся за поворотом. Вовка же все еще продолжал лежать на земле.

У меня закралась было мысль, что я с ним переборщил и придется вызывать скорую. Беспокойства в моем взгляде, неотрывно следившем за Никитиным, сразу поприбавилось. Подходить близко к нему я не планировал. Кто знает, что у него на уме или в карманах? Но поинтересоваться насчет самочувствия стоит. Да и оставлять его здесь одного в таком состоянии точно не следует.

Но только я хотел спросить у Никитина про самочувствие, как тот начал медленно подниматься на ноги. Было видно, что ему очень больно. Однако нескоординированных и хаотичных движений не наблюдалось, на бок он не заваливался, а это значит, что травм головы нет. Я почему-то опасался, что он как-то неловко ударился при падении.

Вовка поднялся с земли и, ни слова не сказав, поплелся в том же направлении, что и Орешкин. Через полминуты его скрюченная фигура исчезла за поворотом.

Ко мне подошел Серега.

— Егорка, я думал они тебя убьют, — ошарашенно проговорил он.

— Не убили же, — улыбнувшись, ответил я.

— Угу, — угрюмо поддакнул Серега, — пока…

— Думаешь, Никитин и дальше борзеть будет?

— Кто его знает? Он же отмороженный на всю голову, — опасливо пожал плечами Серега.

— Ну так я тоже не подарок, — ответил я, убирая болт обратно в карман.

Поглядев на правую руку, я увидел, что все ребро ладони превратилось в большой синяк. Я осторожно прощупал кость, пошевелил пальцами, потом всей кистью — переломов вроде бы не было.

Мое слишком слабое тело нуждалось в ежедневных тренировках. Но беда была в том, что я не знал, на какое время здесь задержусь. Если меня завтра уже не станет, то какой смысл напрягаться?

И тут же у меня в голове прозвучал голос моего старого боевого товарища:

— Егор, у тебя нет ничего, кроме этой самой секунды. Поэтому, сколько бы их у тебя не осталось, проживай каждую так, словно она последняя. И тогда любое дело, даже самое маленькое и незначительное, превратится в настоящий подвиг.

Это были очень верные слова. Так что к черту все мысли о продолжительности моей новой жизни. Буду жить так, словно я по-настоящему вернулся в свое детство, как бы фантастически это не звучало.

А это значит, что с завтрашнего дня, если он наступит, я начну посильные тренировки.

— Как ты круто их отделал, — восхитился Серега. — Где хоть ты так драться научился?

— Сам не понимаю, — пожал я плечами.