Экипаж

Правда, перед этим он включил защитное поле – мутанту вовсе не улыбалось заполучить еще какую-нибудь гадость в придачу к своей мутации. – Плесень, что ли?

Создавалось впечатление, что на этой станции не было никого живого уже лет сто. Стены и часть потолка покрывал толстый слой какой-то розоватой слизи. Она чуть колыхалась и еле заметно побулькивала, словно живая.

- Генетики, чтоб их... – досадливо вытер испачканный палец Рудольф. – Они вечно выращивают в своих колбах какую-нибудь мерзость, а потом та их же самих и съедает.

- Ой-ой-ой, кто это говойит? – укоризненно покачал треугольной макушкой Соазссь. – Это таки говойит п’йофессой ван ден Хейнекен, котойый сумел-таки взойвать целый гойод...

На чело Рудольфа наплыло облако угрюмости. Он всегда замолкал, когда кто-то вспоминал о его позоре.

Моручи, держа бластер у виска, в любую минуту готовый надавить на пусковой сенсор, осматривал помещение за помещением, коридор за коридором. Сзади что-то вынюхивали Ежов и Соазссь – первый искал улики, второй что-нибудь ценное.

- Я вижу что-то... – задумчиво осмотрелся Остап. – Я вижу что-то... на букву «гэ».

- Грязь? – предположил Дитирон.

- Ты смотри, чертяка, опять угадал! Ну, давай теперь ты.

- Моя видеть... моя видеть... моя видеть буква «ны».

- Напейсток? – поднял вышеназванный предмет с пола Соазссь.

- Ножницы? – прихватил и их тоже хуассин.

- Наждак? – Ежов как раз отыскал в ящике стола кусок наждачной бумаги.

- Нэ... нэ... нэ... – задумался Остап, осматриваясь по сторонам. Его взгляд упал на пояс Соазсся. – Ножи?

- Нос? – коснулся своего носа Михаил.

- Ничего? – выдвинул свою версию Рудольф.

Все крепко задумались. Даже капитан отвлекся от основной миссии и напряг лобешник.

- Ну ладно, что ты там задумал? – сдался Остап.

- Непонятная вещь моя видеть, вот что! – указал он на нечто, похожее на древний обломок кораблекрушения.

- Тьфу ты, опять ты за старое! – сплюнул алкморег.

- А я вижу предмет на букву «тэ»... – тоном ниже сказал Ежов.

- Тарелка? – охотно продолжил игру Остап.

- Нет, труп, - ответил Моручи, подходя поближе к Михаилу. – Ну вот и первый абориген. Только, боюсь, он нам ничего интересного не расскажет...

Труп выглядел очень нехорошо. Так выглядят мертвецы, давным-давно прошедшие все стадии разложения – голый скелет с едва виднеющимися лоскутьями мышц.