Шого передал им меня, обменялся дежурными фразами и ушёл.
Я вспомнил, как перед ним вытягивались стражники в восточных воротах, сравнил, как вели себя тут, и понял, что ведомства разные. Для этих он не был старшим по званию, которому нужно оказывать какие-то почести.
Ну что ж, ещё одна деталь этого мира.
Внутри горел яркий свет. Когда я шагнул внутрь, дверь за мной закрылась и тут же задвинулся засов — поменьше, чем снаружи, но тоже внушительный. Точнее, его задвинули двое стражников, которые охраняли ворота изнутри.
Пока мои глаза привыкали к свету, меня тщательно обыскали.
Я не сопротивлялся. С одной стороны, меня предупредил Шого, а с другой, мне нечего было скрывать — оружие я не брал, ничего запрещённого при мне не было. При мне вообще ничего не было, кроме одежды.
Мне приказали раздеться.
Хотелось послать стражников куда подальше, но я сдержался. Разулся, снял рубаху и штаны.
Сказать, что я чувствовал себя беззащитным, было бы неправдой."
"Да, конечно, тело у меня ещё оставалось слабым! Но в запасе всё равно было несколько сюрпризов, которые очень удивили бы охранников.
Правда это очень быстро вышло бы мне боком — я не смог бы справиться даже с теми шестью охранниками, которые находились сейчас в этой комнате. И я был абсолютно уверен: если начну сопротивляться, то прибегут ещё…
Я мог бы побузить, но не они мои противники! Мне завтра в академию нужно отправиться здоровым и полным сил. В идеале отдохнувшим и сытым. Хотя на последнее я не рассчитывал.
Едва я подумал, что не они мои противники, как спину обожгло ударом хлыста.
— Какого?.. — начал было возмущаться я, как тут же словил от педанта зуботычину.
«Не спорь с охранниками!» — вспомнил я Шогу, и заткнулся.
На следующие удары хлыстом я только крепко сжимал зубы.
Я видел, что охранникам хочется, чтобы я начал сопротивляться, чтобы у них был повод отходить меня от души. Но я им такой радости не доставил. Я терпел. Но запомнил в лицо каждого, кто был в этой комнате.
Особенно того, который бил! Ох, как я запомнил его рябую брылястую рожу! И мелкого начальника педанта запомнил — вон как глазки садистски блестят! И долговязый алкоголик, ухмыляется, гад — его я тоже запомнил! И тех двоих, что у двери — делают вид, будто их это не касается. Касается, мальчики! Ой, как касается! Как и того, который сидел за столом и с интересом наблюдал за мной, готовый записать все мои противоправные действия…
Я вернусь сюда.
