Елена Троянская

Может, и доспехи Гектора здесь? Нет, столь ценный трофей, подобно золоту и драгоценным камням, должен достаться Агамемнону. А доспехи Париса, его шлем? Если они не расплавились в огне, наверное, лежат в этой куче.

Другая группа воинов собралась вокруг большого насыпного холма, они клали на него приношения. Наверное, это могила Ахилла, где он похоронен вместе с Патроклом. Его доблестные соотечественники рассказывают ему о победе над Троей и делятся добычей.

Под ярким солнцем воды Геллеспонта переливались, чистые и прозрачные, устремлялись в море.

Я мучилась, сидя на цепи. Я даже не могла прикрыть глаза рукой, а солнце било прямо в лицо. Вокруг меня стали собираться солдаты, они переговаривались, показывали пальцами.

Я узнала колени Менелая: он подошел и встал, широко расставив ноги, уперев руки в бедра. Мне не хотелось видеть его лицо, поэтому я упорно смотрела на его колени.

— Ну как, довольно с тебя? Теперь ты будешь вести себя смирно?

Даже вид его коленей стал мне невыносим. Я закрыла глаза.

— Отведите ее в шатер! — рявкнул он.

Я почувствовала, как меня освобождают от цепей. Я встала на ноги, голова кружилась. Меня развернули и повели к шатру.

Он был полон рыдающих женщин. Среди них не было ни одной старой — только молодые и здоровые, которые могут пригодиться новому хозяину в спальне или на кухне, а возможно, и там и там. Некоторые сидели и смотрели в пол, другие беспрерывно ходили. Вряд ли они видели что-либо перед собой застывшими, неподвижными глазами.

В углу, отдельно от остальных, расположились троянские царевны в соответствии со своим высоким положением.

— Я видела, что случилось во дворе, — прошептала я. — Пусть тени вашего отца и брата обретут покой.

— Их погребальным костром стала Троя, — ответила Лаодика. — Других похорон в Трое больше не будет.

Кассандра пристально смотрела вдаль, поверх голов.

— Креуса погибла, — сказала Илона. — Мы видели, как ее закололи. Энея не было рядом с ней. Он исчез, его никто не видел.

Поликсена рассказывала своим нежным голосом, и от этого ее рассказ был еще ужаснее. Она говорила, что маленькая Филомена погибла во дворце, Антимах тоже погиб, Эсак исчез, Панфой пытался пустить в ход устройство, которое должно давить греков у ворот, но оно раздавило его самого. Антенор остался жив.