Эпидемия

 — Молоденькие девушки на меня уже не реагируют. Мое место — на скамейке запасных.

— Ты выступаешь в другом виде программы, — успокоил его Гарин, показывая на полупустую бутылку. — И тоже добиваешься определенных успехов.

— Спасибо, друг! — Козлов поднялся с кресла и подошел к шкафу. Он открыл створки и принялся копаться, пытаясь что-то найти. — Хочу в память о нашей незабываемой встрече вручить вам скромный подарок.

Он вытащил моток капроновой бечевки и протянул Гарину.

Тот напрягся, отказываясь воспринимать это как намек.

— Сейчас ты скажешь что-нибудь про мыло? Учти, это очень несмешная шутка.

— Да какая шутка? — Алексей раскинул руки, отмеряя длину, затем еще раз. Он взял ножницы и отрезал получившийся кусок. — В городе — эпидемия, ты забыл? А радиус действия этого ЧИПа — 5 метров. Тебе-то что — сунул в карман и пошел. А барышня может заболеть.

— И что ты предлагаешь?

Козлов пожал плечами:

— Обвяжитесь веревкой. Здесь будет метра четыре, так что… Не потеряетесь.

— Спасибо, — Гарин смотал кусок бечевки и сунул в карман.

Гарин еще раз взглянул на Алену.

«Может, останешься?»

Она покачала головой.

Такой диалог взглядов.

Гарин дважды повернул ключ в замке и открыл дверь ординаторской.

В коридоре было пусто. Откуда-то издалека доносились медленные шаркающие шаги, но того, кто производил этот шум, не было видно.

На площадке перед лифтами тоже никого не было.

Гарин обернулся и пожал Козлову руку.

— Пока… Ты это… — Алексей напрасно попытался выдавить из себя на прощанье очередную шутку.

— И даже если не знаю — теперь это не имеет значения, — сказал Гарин.

— В морг, — бросил Гарин охраннику, сидевшему внизу и, не дожидаясь ответа, быстро прошел мимо.

Они добежали до двухэтажного домика из красного кирпича, завернули за угол и перелезли через забор. Там они скинули халаты, и Гарин наспех засыпал их мокрой опавшей листвой.

— Здесь недалеко до Савеловского, — бросил он на ходу…

Полковник Башкирцев прошел коридор первого этажа до конца и поднялся по лестнице.

На пороге приемной он задержался, одернул пиджак и прокашлялся, прочищая горло. Ну вот, теперь он готов.

В приемной сидел секретарь. У председателя было несколько секретарей, и чаще всего за столом можно было увидеть Тамару Васильевну — строгую женщину средних лет, с безукоризненной фигурой и всегда безупречно одетую.