Эпидемия

— Как вы оцениваете уровень компетентности полковника Башкирцева? — спросил Евстафьев.

— Как высочайший. В то же время я считаю, что его полномочия необходимо расширить.

— А-а-а — пора было переходить к главному — тому, ради чего, собственно, Евстафьев и вызвал Карлова, — генерал Чернов?

— Не нахожу возможным обсуждать действия коллеги, — четко сказал Карлов. — Думаю, президент уже дал оценку общему руководству операцией?

— Да. Весьма негативную, — Евстафьев взглянул на генерала, надеясь обнаружить какую-нибудь перемену в его лице, но у того не дрогнул ни один мускул.

 — Я… намерен отстранить Юрия Геннадьевича от руководства. Он допустил очень серьезную ошибку, не отдав вовремя приказ об отключении мобильных операторов региона… Непростительную ошибку. Это… — председатель ходил вокруг Карлова, постепенно суживая круги, — это может привести к фатальным последствиям. Мы, профессионалы, прекрасно понимаем, как нелегко дается то или иное решение. Потому что за принимаемые решения приходится нести ответственность. И чем большей властью облечен человек, тем большей становится мера ответственности… Вы понимаете?

Карлов молча слушал. Он уже догадался, к чему клонит председатель.

— С другой стороны, — Евстафьев мило улыбнулся и пожал плечами; ни дать, ни взять — добрый и все понимающий отец, прощающий любимому чаду очередную шалость, — все мы — люди. Нам свойственно ошибаться. И я опасаюсь, что Юрий Геннадьевич… Э-э-э, — тянул Евстафьев, как будто не решался сказать очевидную глупость, настолько она выглядела смешной, — что он очень тяжело воспримет этот удар.

Я хочу, чтобы вы поддержали его в трудную минуту и объяснили… — он выделил голосом, — объяснили ему, что дело вовсе не в личном недоверии. Помогли, так сказать, разобраться в ситуации.

Он облегченно вздохнул и заглянул Карлову в глаза.

Лучше бы он этого не делал.

— Я помогу, — сказал Карлов.

— Ну, вот и хорошо, — председатель быстро вернулся за стол, сел и принялся перекладывать бумаги с места на место, тщетно пытаясь скрыть свое волнение.

 — Значит, я могу на вас рассчитывать? — от Карлова он ответа не получил, поэтому ответил сам. — Ага, хорошо. Я спокоен. Он… у себя в кабинете.

— Вы… можете идти, — сказал председатель.

Карлов развернулся и направился к двери. Евстафьев не удержался.

— Держите меня в курсе своих действий. Пожалуйста… Я имею в виду — относительно документов Кудрявцева.

Карлов снова кивнул и вышел из кабинета.

Через четыре минуты он входил в приемную Чернова.