Эпидемия

Смотрите! ГЛПС — зооноз, то есть инфекция, переносимая животными, а именно мышевидными грызунами. Они выделяют вирус со слюной, калом и мочой. Механизм передачи — аспирационно-пылевой или перкутанный, то есть человеку, чтобы заразиться, нужно либо вдохнуть пыль, содержащую высохшие мышиные фекалии, либо потереть эту пыль между пальцев, и чтобы где-нибудь на коже была ранка. Сколько человек могут заразиться подобным образом? Не так уж много, правда? Вероятность заражения ГЛПС в мегаполисе, да еще в дождливую погоду практически исключается.

Врач решит, что незачем поднимать шум из-за ерунды, и никто его не осудит, ведь пока не описано ни единого случая заражения человека ГЛПС в результате контакта с больным человеком. А грипп? О-о-о!

На этот раз Кашинцев погрозил Валерию Алексеевичу пальцем, видимо, желая подчеркдуть, что ГЛПС и грипп — это «две большие разницы».

— Грипп — стопроцентный антропоноз, то есть передается от больного человека к здоровому. Мыши тут ни при чем. Грипп-то как раз способен к эпидемическому или пандемическому, еще более широкому, распространению.

Пока эпидемиологи поймут что к чему, будет уже слишком поздно… Да и механизм передачи — воздушно-капельный, то есть с точки зрения быстроты распространения инфекции — самый эффективный. Вирус гриппа, подобный штамму А-Эр-Си-66, как раз то, что нужно, чтобы уничтожить мегаполис. Ясно?

Валерий Алексеевич ослабил узел галстука. От этих речей ему становилось не по себе.

— Ну, и… Что нужно делать, чтобы его остановить?

— Что делать? — переспросил Кашинцев.

 — Да то же самое, что и при обычном гриппе, — изолировать всех заболевших и проводить комплекс всеохватных профилактических мер. Это изложено в любом учебнике эпидемиологии.

Валерий Алексеевич встал и прошелся по залу.

— А все-таки? — после недолгой паузы вновь спросил он. — Как быть конкретно с этим штаммом? Есть какой-нибудь способ подавить эпидемию в зародыше, не допуская ее распространения?

— В зародыше… — Кашинцев почесал рыжую клочковатую бороду.

— Понимаете, — мягко сказал Валерий Алексеевич. — Этот штамм сильно отличается от существующих в природе. Он — особенный… Создание бактериологического оружия запрещено многочисленными международными конвенциями; если об этой эпидемии узнают, то обязательно начнут копать, и тогда выяснится, что Россия до сих пор продолжает секретные разработки. Это может сильно повредить престижу страны.

— Не поздно ли вы спохватились о престиже? — ядовито спросил Кашинцев.