Эпоха мёртвых. Москва

22 апреля, воскресенье, вечер

Сначала заговорила рация голосом капитана Маликова — нынешнего коменданта гарнизона, в ведении которого находились ещё и КПП.

— Крамцов, тут тебя какие-то дезертиры на ваишной машине домогаются. Ждёшь кого?

— Дезертиры? — озадачился я.

— Ага, двое, — ответила рация. — Говорят, что тебе от какого-то зятя твоего подарок.

Стрелка на шкале недоумения в моём мозгу резко перескочила в красную зону. Это откуда у меня зятья взялись? Или у кого они? Где-то неподалёку от Маликова послышались голоса, затем он снова заговорил:

— Какой-то Валера, он же чей-то зять, прислал двух бойцов с посылкой тебе.

Говорят, вы на базаре виделись.

— Опа… — поразился я. — Знаю такого. Мне на КПП подскочить?

— А ты как думал? Если хочешь их на территорию пустить, будешь пропуск с поручительством оформлять… — Тут опять пауза с голосами на заднем плане случилась… — И они не хотят, говорят, что на пять минут дела. Подходи, короче, в «отстойнике» пообщаетесь.

Во время этой беседы я как раз переодевался в тренировочный костюм в номере, собираясь посетить всё же открытый, как нам сказали, спортзал, поэтому лишь накинул на плечо на манер портупеи ремень, на котором висела кобура с «Грачом», и схватил ключи от «Форанера».

Если «посылка» та, что я предполагаю, то на горбу тащить её будет некомфортно.

Как раз для таких встреч и неожиданных посетителей теперь за зданием КПП организовали «отстойник» — заплетённый обычной колючкой во множество рядов периметр, в котором легко могли разместиться несколько машин и который легко простреливался при необходимости с нескольких точек.

У самого бетонного забора стоял «уазик» в раскраске военной автоинспекции, возле которого ждали два парня с автоматами, в которых я сразу узнал тех двоих, что подошли ко мне на стоянке в Медном, конопатого и носатого.

— Здорово! — сказал конопатый, протягивая руку для пожатия. — Помнишь нас? В Медном виделись.

— В общем, так… — начал он, выдержал драматическую паузу и продолжил: — Старшой тебе передаёт, что обещал.

Тут четыре граника и четыре цинка вогов.

Он слегка пнул ногой глухо звякнувшую сумку, стоящую на земле.

— Ещё просил не подвести его с чертежами. Не по-пацански тогда будет, люди всё же. Хорошо?

— Не вопрос, чертёжик уже делать начали, к послезавтрему будет готов.

— Мы приехать обещали вообще-то, — удивился я.

— Старшой сказал, что нельзя тебе к нам. Ждут тебя козлы какие-то, аж тридцать человек приехало из Медного с нами, — покачал головой конопатый.