Эпоха мёртвых. Москва

Но туда ещё добраться надо, так что лучше подождать с отмашкой. А вообще омоновцам спасибо, не бросили в беде, не послали куда подальше, сославшись на то, что мы в самое пекло по своей собственной дури полезли, не по чьей-то ещё, не предложили самим расхлебывать свои проблемы.

Когда вторая лестница была затащена на крышу, вздоха облегчения сдержать не смог. Тут нас уже так просто не возьмёшь — выходов сюда мало, да их ещё и знать надо, это не для гнилых зомбячьих мозгов. Да и заперты такие выходы чаще всего, так что пока мы в безопасности.

— Куда дальше? — спросил я, ни к кому конкретно не адресовываясь.

— А что, выбор есть? — спросил Лёха.

— Можно на крышу библиотеки забраться и оттуда на «Ёлки-Палки» спуститься, а можно по большому кругу идти, по часовой стрелке, — прикинул я варианты.

— Через библиотеку надо, — сказала Вика. — Там тупик, если мертвяки снизу заметят, куда мы движемся, то не сообразят снаружи весь квартал обойти. А если пойдём по кругу, то всех за собой поведём, как крыс дудочкой.

И чего тогда на крышу лезть было?

— Верно мыслит, — поддержал её Большой, натягивая рюкзак.

— Согласен, — сказал Лёха.

— Ну, раз все здесь такие согласные, то так и пойдём, — согласился я, прикинув, что длины лестниц нам должно хватить, чтобы туда забраться. — Давайте, верёвки снимаем с лестниц, рюкзаки на горбы — и вперёд.

Через пару минут мы уже тронулись, осторожно, оглядываясь и стараясь не шуметь. Чем меньше вероятность того, что нас заметят — тем лучше для нас, тем проще к нам будет прорваться, потому что в переулок между домами, боюсь, и бронетранспортёру уже не прорваться — завязнет.

А если прорвётся, то на него через секунду целая куча мертвяков заберётся, какая уж тут погрузка. И не отстреляешься от них — слишком много, не успеешь просто.

Тут крыша бетонная, покрыта рубероидом, так что пока шума никакого, те же мертвяки в проулке сильней шумят, там какое-то мычание и возня, топот и шум. А вот когда заберёмся на библиотеку — скрытности конец, потому как кровельная жесть имеет дурную особенность громыхать как барабан, как бы ты тихо по ней двигаться ни пытался.

Это я ещё с детских времён помню, довелось по крышам полазить, любил это дело.

— Это что? — вдруг спросил Большой, показывая пальцем куда-то налево.

Мы уже подбежали к зданию Технической библиотеки и собирались устанавливать лестницу, когда он это спросил.

— Что? — не понял я сначала, куда он показывает.