Эпоха мёртвых. Москва

Снизу, с соседней крыши, снова загрохотали автоматы — наши проблемы пока ещё не закончились, рано булки расслаблять. Большой, не зная, что ему сейчас делать, крутился во все стороны, то целясь в прячущуюся на крыше тварь, то порываясь броситься ко мне.

— Прикрывай их! — крикнул я ему. — И пусть поднимаются.

Сменив оставшуюся почти без патронов «Сайгу» на автомат, я поскакал по крыше дальше, но близкой и непосредственной опасности уже не обнаружил. Это если о совсем близкой говорить, а вот через дорогу, на крыше Дома художника, тоже мелькали за вентиляционными трубами гнутые спины морфов.

И опять двоих. Это интересно, кстати — они всегда парами действуют? Об этом тоже подумать следовало бы.

Когда я вернулся, наши уже затаскивали лестницу за собой. Морф, по которому вели огонь, нырнул, со слов Лёхи, на чердак, исчезнув из зоны видимости, но радоваться было рано: нам как раз в ту сторону надо, и когда эта зараза решит к нам вернуться и в каком месте — никому не известно.

Кстати, улицу всё же рассмотрели.

Мертвецов на Кузнецком и Неглинке хватало, но плотной толпы не было — по всему видать, она вся стянулась в Пушечную. Если на бэтээре к нам выйдут, то прорвутся без вопросов.

— ОМОНу сколько сюда идти, как думаешь? — спросил я Лёху.

— Если у них готовность по двум зелёным свисткам, то минут десять, не больше, — ответил он, недолго подумав. — Пробок я пока не видел, так что мухой долетят. И затор на Петровке им по барабану, собственно говоря, бэтээр через него пройдёт, не заметив.

Я лишь кивнул и начал вызывать Аню:

— Аня, Аня, как принимаешь?

— Принимаю, — сразу же послышался её голос. — Чего надо?

Вот блин, дисциплина связи. Партизаны, одним словом. Ну и ладно.

— Вызывай помощь, мы почти готовы, — сказал я. — Пусть выдвигаются на угол Кузнецкого и Неглинной, к трактиру «Ёлки-Палки». Там мы спуститься попытаемся.

— А спуститесь? — уточнила она.

— А куда мы денемся? Спускаться — это не подниматься, если просто падать, то даже труд невелик.

Пусть выходят, а то на крышах тоже суетно здесь. Где вы сейчас?

— На Старой площади, понемногу в вашу сторону движемся.

— Мертвяков прибавляется, уже самим страшновато становится. Со всех сторон лезут.

— Можно, можно! — спохватилась она. — Пока вас не эвакуируют, мы никуда не уйдём, не беспокойся. Головным пока «садка» пустили, ему уже под бампер трое или четверо попали, а мы следом катаемся.

— А ты помощь за трепотнёй вызвать не забыла? — съехидничал я.