Эра негодяев

Что ж, с протечкой надо бороться незамедлительно и всеми силами — но что-то подсказывало подполковнику, что выявление инсайдера, как сейчас стало модно называть подобного 'крота', будет не столь легким, как кажется, и вряд ли с помощью старой, как мир, технологии им удастся вывести предателя на чистую воду. Главное — подозреваемый уж как то слишком явно был в наличии, и только большого картонного листа с надписью 'Предатель' у него на спине не хватало для полноты картины. Уж чересчур ясно все указывало на майора Маслова — тот был чужак, никто из офицеров Управления его не знал, и любое подозрение почти автоматически ложилось бы на него.

А не для того ли его сюда и поставили, чтобы он какое-то время послужил громоотводом? — вдруг подумал Левченко. Уж слишком явная фигура для обвинения… Нет, тут что-то поглубже и пострашней. Что-то серьезно подгнило в Датском королевстве…

В первый день рано задождившего в этом году октября в шумной забегаловке 'Патио-Пицца', стоящей в ста метрах от выхода из метро 'Октябрьское поле', за столиком в курящей части зала, сидело двое мужчин.

Один из них, благообразный и явно не здешний, одетый дорого, но неброско, представлял из себя ходячий символ успешности — и 'паркер', который он вертел в пальцах во время разговора, и шелковый носовой платок, которым он время от времени протирал свои очки в золотой оправе, и изящные итальянские полуботинки, и отличные, неестественно белые и оттого явно искусственные зубы — не хуже, чем у звезд Голливуда — все это говорило знающему человеку очень и очень много.

Его визави, напротив, представлял из себя законченный тип неудачника — скверно пошитый костюм из дешевой ткани, ботинки, рубашка и галстук производства Юго-Восточной Азии, желтые и уже довольно редкие зубы, неряшливый зачес плохо мытых волос, уже неспособных прикрыть изрядную плешь — в общем, классический аутсайдер, вышвырнутый из жизненной гонки более успешными конкурентами.

Но — и любой наблюдательный человек с удивлением подметил бы эту странность — хозяином за столом себя чувствовал именно отечественный лузер.

Его же собеседник, несмотря на весь свой европейский лоск, выглядел чуток пришибленным и серьезно испуганным — хотя из всех сил старался этого своему партнеру не показывать.

Отечественный неудачник, пригубив из бокала, продолжил:

— Так вот, мой дорогой друг. Все, что я вам сообщил в первую нашу встречу — как вы, я думаю, уже убедились — вполне соответствует действительности.