Эрагон

В какое-то мгновение Эрагону даже показалось, что она упадет на землю, но она все же взлетела, Торнак пронзительно закричал и забил копытами – звук был такой, словно металлом скребли по металлу.

Эрагон выругался, опасаясь, что кто-нибудь может услышать эти звуки и конское ржание.

«Ох, Сапфира, пожалуйста, поторопись!» – попросил он ее, прислушиваясь и уже ожидая появления воинов с факелами. И действительно: вдали он разглядел цепочку всадников, спускавшихся с холма.

Как только Сапфира вернулась, он тотчас же подвел к ней Сноуфайра.

«Эта глупая лошадь, что принадлежит Муртагу, все еще бьется в истерике! – презрительно сообщила ему Сапфира. – Ему даже пришлось ее привязать!» Ловко схватив Сноуфайра, она потащила его через реку, не обращая ни малейшего внимания на громкие протесты жеребца.

Эрагон посмотрел ей вслед и вдруг почувствовал себя ужасно одиноким в этой непроглядной ночи.

Наконец Сапфира вернулась. Еще мгновение – и они оказались на том берегу. Как только лошади немного успокоились, они поправили седла и снова помчались, держа путь к далеким Беорским горам.

Эрагон умудрился даже немного задремать в седле. Впрочем, и Муртаг то и дело клевал носом, почти выпустив из рук поводья, и только бдительность Сапфиры не давала им сбиться с курса.

Вскоре земля стала мягкой, копыта лошадей утопали в ней, и пришлось остановиться. Солнце было в зените. Река Рамр осталась далеко позади – тонкая извилистая линия, сверкающая в солнечных лучах.

Они достигли границ пустыни Хадарак.

Дюны тянулись до самого горизонта, точно морские волны. Порывистый ветер взметал в воздух золотисто-красные песчинки. Редкие корявые деревца торчали из пересохшей растрескавшейся земли, вряд ли хоть сколько-нибудь пригодной для земледелия. Вдали виднелась цепочка красноватых скал. Эта бескрайняя равнина казалась совершенно безжизненной, не было видно ни одного зверька, разве что порой в поднебесье кружила хищная птица.

– Ты уверен, что здесь для коней корм найдется? – спросил Эрагон, с трудом выталкивая слова из пересохшего рта и чувствуя, что горло словно уже обожжено сухим горячим воздухом пустыни.

– Вон там скалы, видишь? – сказал Муртаг. – Вокруг таких скал всегда растет трава, хотя и довольно жесткая. Но, думаю, наши кони будут вполне довольны.

– Надеюсь. – Эрагон, прищурившись, посмотрел на солнце. – Но давай все-таки сперва немного передохнем, а то у меня мысли стали ленивые, как дождевые черви.