Ещё один человек

Печка нагревалась медленно, но постепенно от заштукатуренного щитка пошел запах нагретой известки, стенка стала чуть теплой… Я сидел и думал… много думал. Как мне удалось уцелеть? Почему я еще жив? Ведь — большинство уже умерли. Точнее — уже умерли и ожили. Погибли. А я выжил. Почему? Что во мне такого? Конечно, очень хотелось почувствовать себя супергероем. Но… но — не хотелось. Потому что не нифига не супер. И не герой. Я, как ни крути — самый обычный. Хотя, да — ДО я вполне считал себя Йаркой Личностью. Вот, выдался случай проявить Йаркость.

Надо сказать, каждый раз, как я пытался ее проявить — кончалось плохо. Так что яркость моя тут не при чем, скорее наоборот… да и была ли яркость? Смотря назад, как-то все яснее и обиднее понимаю — а ничего же не было. Самый обычный я… даже чуть хуже многих. Например, тех, кто в армии служил и с оружием обращаться умеет. Или спортом регулярно занимается. Или… или много еще чего. Я ведь, если прикинуть, ничего такого, особо полезного-то и не умею. Ничего выдающегося. Что могло бы быть причиной того, что я уцелел. Я такой же, как все.

Тогда — что же меня спасло? Ведь тысячи и сотни тысяч, таких же как и я, самых обычных — уже бродят живыми трупами по улицам. А я — греюсь у печки. (снова хрустнула ледышка в грудине — не только такие как ты, но и многие получше тебя бродят голодной нежитью…) Почему же?

Наверное, прежде всего — повезло. Да, вот так. Если бы не повезло — сожрали бы. И много кому — просто не повезло. Они тоже могли бы, они тоже были не хуже… но — не повезло.

А мне повезло. Я тут не при чем… но если бы не повезло — меня бы уже не было.

А во вторых… во-вторых, все же… Все же есть чем гордится. Есть.

Я, сука, не сдаюсь. Правда, последние годы я все больше пытался халявить и расслабляться… но когда прижимает — я все же умею стиснуть зубы и держаться. И если я упрусь — хрен меня что сдвинет. Хоть убивай.

Вот и теперь — я этим тварям не дам себя убить… хоть убей. Гыыы…

И еще — я последние дни не жалею себя.

Ну ни капельки — выкладываясь процентов на девяносто, не меньше. А вот те, кто сдался, кто отработал на меньше процентов — им или очень, очень повезло, гораздо больше чем мне… или их уже нет. Но первого «или» у меня нет, а второе — фиг.

Ну и еще я все же не дурак. Умом и сообразительностью не блещу, но… извечная тяга к халяве, что ли, сделала свое дело — я стараюсь вывернуться, и не только непривычно напрягая тело и дух, но и привычно напрягая… «соображалку».