Ружье под боком, котенок в ногах… на улице было темно, теперь, когда в городе не было освещения — ночи стали по-настоящему темными. Она уже задремала, когда что-то грохнуло об крышу домика. Даша даже не сразу схватилась за ружье, спросонья не понимая, что к чему. Васька тихо заурчал утробно — похоже он реагировал и на мертвяков у ворот. Что, какой-то мертвяк залез на забор и прыгнул с него на крышу домика? Не, для тупого упыря непосильно… и даже отожравшийся, как покойный Петрович — тоже не сможет.
Получается? Монстр. Снова шорох на крыше, скребыхание — и звук тяжелого удара о землю. Спрыгнул. Даша сняла с предохранителя мурку, прихватив поудобнее. Васька подполз, пятясь, под бок, урчал почти совсем неслышно.
— Тише…тише… — шепотом сказала ему Даша, чуть прижав рукой, и котенок, словно поняв, успокоился.
Домик вздрогнул, скребнуло что-то у окна. Несмотря, что и так было темно, стало еще темнее — Даша поняла — ЭТО смотрит в окно. Она затаила дыхание, не шевелясь… решетки на окнах мощные, сразу не сорвет.
Видеть он ничего не может — с улицы в домике полнейшая темнота. Унюхать тоже, пожалуй. Минуты три ничего не происходило, потом домик дрогнул, снова скрежет по обшивке… звон — обследует трубы… или просто зацепился… и снова все стихло. Ушел? Даша не двигалась, сжимая ружье. Так и заснула, сама того не заметив.
А на утро все было спокойно. Даша, стараясь не шуметь, осмотрела видимую часть двора, но никого и никаких явных признаков присутствия не обнаружила.
Ночью подморозило, выпал иней — но на нем не было каких-либо следов. Васька тоже не вопил, хотя и вел себя странно, как-то пришибленно оглядываясь и дергая хвостиком. Проведя моцион и позавтракав, Даша подсупонилась и решила выйти — все равно, рано или поздно, а сделать это придется. Подумала, что в стволе картечь, и в магазине тоже… но, пожалуй, если в упор, вблизи — то без разницы. Вышла в «прихожую» — Васька остался на пороге комнаты, прижав уши, озираясь в пустом коридоре.
Нет. Что-то не так. А способ выяснить — только один. Даша повернула ключ, как ей показалось — невероятно громко заскрежетавший, и оглушительно щелкнув, замок отперся. Она толкнула дверь, чуть отскочив и наведя в проем ружье, готовая отскочить дальше, в комнату, под прикрытие пусть хлипкой, но двери. И ничего. Тишина и умиротворенность. Но Васька вжался в пол и тихо заурчал. Хрен вам, господа упыри, по всей мертвой морде.
