Ещё один человек

— Здраяжлаюстаршинспетргибддевасильченко… будьтедобрывашидокументыинамашину! — машинально козырнул гаишник. От группы тут же подскочил толстенький-кругленький-румяный, с двумя большими звездами на милицейском бушлате

— Оружие! Оружие сдайте, девушка!

Щаз тебе. Нет уж. У вас тут все так тихо… ну так я вас нахлобучу…

Очень не торопясь, предельно спокойно, Даша выбила из пачки сигарету, зубами прихватила, прикурила. И только что, не выдохнув дым ему в лицо, ласково-спокойно осведомилась:

Вот тут они действительно охренели.

Застыв буквально с открытым ртами. Выждав паузу, за мгновение до того, как побагровевший толстячок изрыгнул нечто грозно-правоохранительное, Даша рявкнула:

— Вы тут что, совсем мышей не ловите? Меня по пути обстреляли у Кисельни, — Даша махнула рукой, и все разом уставились на дырку в стекле… не, точно, тут пока в некотором роде идиллия и пастораль… совсем какие-то они неготовые — А вы мало того, тут сидите, еще и оружие им подавай!

Смачно затянувшись, глядя на них, Даша снова выдержала паузу, и снова упредив на миг, продолжила

— Мертвяков в округе много? Подполковник на выезде меня предупреждал, что вроде ГЭС вы удержали? Да мне, собственно, пофиг… я дальше еду.

Вот только еще бы вы с бандитами разобрались… а то ехать за сотню кэмэ от Питера, чтоб в этой… пулю словить.

— …А …Вы кто? Вы от кого? — сбитый с панталыку толстячок пытался как-то привести разговор в соответствие обычному виду — Вы вообще, что себе позволяете?! Я…

— Знаю. Представитель правоохранительных органов — Даша сменила тон, гася конфликт — Я все понимаю, у вас обязанности, приказы и тэ дэ.

Извините, я тоже сорвалась — от самого Питера еду, и насмотрелась, а тут еще эти бандиты. Извините. Но и Вы меня поймите.

— …Кхм… Из Питера? И как там? — спросил толстячок, и тут же остальные, забыв напрочь о всякой дисциплине и субординации, засыпали Дашу вопросами — Мы слышали, там тоже… что вывозят людей и стрельба… А что Москва? Правительство где? А армия работает? Что, как?..

Даша уже совсем не наигранно, тяжко затянулась, глядя на Волхов, за горизонт…

— Питер плохо.

Город вымер. Весь практически. Толпы упырей, монстры. Живых в городе нет. На кольце военные, патрули. Спасшиеся по окраинам, да в Петропавловке, в порту, в Кронштадте — Даша пересказывала все, что узнала от Василия Ивановича — Вывозят все ценное, город чистят. Но там их тысячи… Про Москву не ясно, все затихло. А питерских правителей чуть ли не при мне охрана порешила, как на вертолете слинять хотели.