Если бы меня спросили снова

Он пробежал его глазами.

— Несчастный случай?!

— Карма, представляешь? Урод запнулся, ударился головой о памятник и упал в разрытую могилу.

— Но мне звонили, ко мне домой наверняка приходили.

— Тебя искали как свидетеля, чтобы подписать бумаги, что всё было именно так.

— Его так и не нашли. Наверное, я всё же потеряла его где-то в траве. Ты ни в чём не виновен, Север. Дело закрыли и отправили в архив. Навсегда.

Он стиснул зубы. На впалых скулах заиграли желваки.

Ирка оставила Петьке бумагу. Отдала его телефон: ей больше ни к чему его секреты.

— Ты мог вернуться, но ты прав, Петь, мы бы всё равно расстались. Уже ничего не исправить. Не загладить. Не отмолить. Но жизнь продолжается. И ты не уедешь, Север. Даже если я позову. Ты им нужен. У тебя будет сын. И ты будешь лучшим в мире отцом этому мальчишке, потому что просто не можешь быть другим, только лучшим. Береги себя! Ну и, пожалуй, всё.

Вот теперь точно всё.

Ирка подняла лицо к небу.

Над океаном блеснула молния.

Боже, как это было красиво!

Молния.

Обещание, что в этот раз сбылось.

Вечером в доме Альваро устроили настоящую вечеринку.

Стол ломился от еды. Вино текло рекой. Звучала музыка. Собрались соседи, приехали друзья с детьми. Много людей. Много детей. Шумных, нарядных, непоседливых.

Вечеринка в честь гостей. Звучали тосты. Кружились танцы.

Вадим был нарасхват, особенно у напомаженных бабулек, но Ана была начеку.

Ирка ушла было курить на крыльцо, но Лиза великодушно разрешила ей курить в кухне, за что Ирка была ей очень благодарна — ноги к концу дня гудели так, что хотелось их отстегнуть и поставить в уголок.

Откинувшись к спинке диванчика, Ирка сложила ноги на табуретку и рассматривала в открытое окно звёзды.

Душный день пролился грозой, а теперь стоял чудесный свежий вечер.

«О, нет!» — взмолилась Ирка, когда на кухню заскочила Ана и плотно закрыла за собой дверь.

Раскрасневшаяся, с распущенными волосами она была чудо как хороша. Но Ирка больше ни с кем, ни о чём не хотела разговаривать.

— Я знаю, — буквально рухнула перед ней на колени девчонка. — Знаю, он твой. Я вижу, как он на тебя смотрит, особенно когда ты не замечаешь. Я знаю, что он тебя любит. Я не дура, я всё понимаю. Понимаю, что вы скоро уедете. Понимаю, что он взрослый. Но всего на одну ночь отдай его мне. — Она что-то зажимала в руке. — Умоляю, всего на одну.

— Ана, я… — покачала головой Ирка.

— Ой, только не надо делать вид, что ты не понимаешь.