Если бы меня спросили снова

Маме, детям, девчонкам на работе — стаскивала её сорочья душа всякие сувенирные блестяшки, магнитики, брелоки, игрушки, флаконы духов, упаковки с хамоном, уникальный сыр в форме женской сиськи (это ей посоветовала продавец), футболки с местной символикой. Вдогонку она прихватила парочку ведьм, что были тут за домовых.

Вышла вся обвешенная пакетами.

И уже протянула паспорт на таможенном контроле, когда её окликнули.

Она медленно развернулась. Нарочито посмотрела на часы.

— Ты о чём? — нахмурился Воскресенский.

— Ну у меня приходили спросить, не уступлю ли я тебя на одну ночь.

Обещали без всяких глупостей. Даже презерватив предъявили. Мне показалось, ты не против, а до утра ещё далеко, — снова показала она на часы.

— Господи, она же просто девчонка.

— Ну, она совершеннолетняя девчонка.

— А мне тридцать пять, — развёл он руками. — Я её на целую жизнь старше.

— Твой отец тоже старше меня на целую жизнь.

— Только не начинай, пожалуйста, — покачал головой Воскресенский.

— Я не начинаю. Я как раз заканчиваю, Вадим.

Мы нашли, что искали. Каждый своё. И, прежде чем ты повторишь свой вопрос, я должна рассказать тебе всего две вещи. Ты хотел знать, что случилось тогда на твоей вечеринке.

Он кивнул. Ирка набрала в грудь воздуха.

— Так вот, тот мужик, с которым я уехала, увёз меня на старое кладбище и изнасиловал.

Воскресенский качнулся, словно его ударили, но Ирка сделала вид, что не заметила.

— Потом он хотел меня убить, — продолжила она, — но ему помешал Петька. Ударил битой по голове и убил.

Мы его закопали и поехали ко мне смыть грязь и кровь. Петька мылся первый, а я только зашла в душ, когда приехал ты.

— Значит, это за его убийство… — смотрел он на Ирку не моргая.

— Да, это меня он тогда защищал. И посадить его тоже должны были из-за меня. Но не посадили.

— Потому что он умер.

— Потому что дело закрыли. Но он этого не знал, а я перед отъездом была у судмедэксперта. И он дал мне отчёт о вскрытии, что пришили к делу. Несчастный случай. Петьке можно не скрываться из-за этого.

Тот урод…

— Чёрт! Я вспомнил, где его видел, — выдохнул Вадим. — О нём говорили в новостях: разыскивается за тяжкие преступления, в том числе за убийство. Чёрт!

— Ну, уже неважно. Можно сказать, нам вернули долг. Моего отца посадили по такому же липовому документу пожизненно, а Петьку оправдали, хотя там было полно его отпечатков: на пряжке ремня, на куртке. Пот, волосы. Мы там порядком наследили. И я потеряла твой браслет. Его так и не нашли. Прости.