Если бы только

Её спина выгнулась в ту секунду, когда он прикоснулся к её пульсирующему, опухшему клитору.

Лишь крошечное прикосновение. Ещё. Боже, если…

Она издала разочарованный писк.

— Вот так. Ты должна попросить нас, чтобы продолжить, помнишь? Иначе мы пойдём смотреть телевизор, — мягко сказал Гален, но тон его голоса звучал неумолимо. Они обнимали её и дарили утешение… но всё равно заставляли делать то, что им хотелось.

— Да ладно, сладкая. Давай уже скажем это.

Вэнс прижался к ее спине грудью, его голос раздавался грохотом у ее уха.

— Мне нужно… — нет, не так. — Можете вы…

В ее голове вновь пронеслись слова отца.

— Только мой голос. И голос Вэнса, — Гален сжал её подбородок, лёгкой болью вырывая её из оков прошлого. — Это всё, что ты можешь слышать. Ясно?

— Да, Сэр, — ответила она на автомате, но прошлое отступило.

Возможно, домашняя работа помогла, потому что, как только она начала, слова пришли быстро.

— Можем мы продолжить? Пожалуйста?

Гален подарил ей искреннюю улыбку, его глубокий голос был полон одобрения:

— Очень хорошо, Салли.

И Вэнс вторил его словам, отдаваясь сладостным звучанием, словно в стереоэффекте.

Гнев начал зарождаться где-то в области желудка Галена, сковывая мышцы. В следующий раз, когда он встретит отца Салли, то преподаст ублюдку урок о том, как обращаться с дочерью. И затем передаст его Вэнсу, у которого накопилось столько же ярости. Но сейчас не время.

В настоящий момент Салли дрожала от предвкушения, покрасневшая и красивая, и Гален испытывал желание перейти с ней на следующий уровень подчинения.

Она была готова.

Он взглянул на Вэнса.

— Я хочу, чтобы она лежала на спине, ягодицы на подушке, а ноги убраны с моего пути. В остальном она вся твоя.

Его напарник усмехнулся, изучая кровать и Салли, очевидно, придумывая план для связывания. Глаза бесёнка расширились. Гален провёл пальцем по её щеке.

— Это может быть не очень комфортно, но, если будет действительно больно, я остановлюсь.

Вопрос и беспокойство в её глазах добавляли сцене остроты.

Пристегнув её манжеты на запястьях к крепкому железному изголовью, Вэнс потратил минуту, чтобы пососать её соски, пока они не затвердели, став темно-красными. Её очаровательная круглая попка уже извивалась в предвкушении. Бог свидетель, она всегда красиво реагировала.

Пока Вэнс занимался ограничителями, Гален проверил свои ногти — уже обрезанные как можно короче — вымыл руки и надел на левую ладонь длинную медицинскую перчатку.