Если бы только

Может, потому они и нагоняли на нее такой страх, что действовали вдвоем? Всякий раз, когда она пыталась настоять на своем, они играли ею, как мячиком: один кидал, другой отбивал.

И ей не нравились угрозы. Особенно от них.

— Постой здесь, Салли, — сверкнул он глазами.

Он провел пальцем по вырезу ее открытого топа, дошел до груди…

— Избавься от этого, Вэнс.

Одним движением Вэнс распустил завязки и отшвырнул ее маечку.

Впервые за все время пребывания в клубе она почувствовала желание прикрыться. Руки ее дернулись к груди, но один взгляд Куороса — и они безвольно упали вниз.

— Не сейчас, зверушка, — улыбка преобразила его лицо. До этого момента оно вселяло в нее ужас, но теперь вдруг стало неотразимым. С ума сойти! — Когда-нибудь мы с тобой поиграем, но не сегодня. Сегодня все только для тебя.

Гален приглашающе похлопал по краю бондажного стола и отвернулся, не заботясь о том, последует ли она его приказу. Потом до нее дошло, почему он не переживал об этом — Вэнс схватил ее за талию и усадил на стол, как какую-то куклу.

Обтягивающая футболка скрывала огромные плечи, бицепсы бугрились, как валуны. Рядом с ним она чувствовала себя крошечной.

— Ложись, — он опрокинул ее на спину.

Черт, еще и соски торчат, выдавая ее с головой. Салли попыталась отвести взгляд.

— Расслабься, Салли, — он наклонился и поцеловал ее.

Твердые губы нежно ласкали ее рот, словно уговаривая ответить. Мужчина отстранился, и Салли рванулась за ним следом.

Не успела она перевести дух, как оказалась привязана к столу, с руками, плотно прижатыми по бокам. Еще один ремень охватывал талию.

— Знаешь ли ты, как я люблю связывать нахальных сабмиссивов? — голодный взгляд Вэнса говорил сам за себя.

Бьюкенен связал ее бедра, колени и лодыжки. Закончив, скрестил руки на груди и обозрел плоды своих трудов.

— Кажется, чего-то не хватает, — Вэнс придавил ее голову к столу и зафиксировал еще одну полоску кожи поперек лба; теперь она совсем не могла пошевелиться. Так ее еще никогда не связывали, и Салли в панике задергалась. Она чувствовала себя в ловушке, стол под ней затрясся.

Уголки его рта приподнялись:

— Красота, — он наградил ее легким поцелуем. — Она готова, напарник.

Мужчины обошли вокруг стола. Проверили ремни, подергали их.