Одним движением он избавился от вилки, посмотрел на нее, как на нечто досадное, но не стоящее особого внимания, отбросил в сторону, и прошипел:
— Как ты посмела, ведьминское отродье?
Не знаю, что нового я увидела в его глазах, кроме безумия и ненависти, но поняла: вот он, мой конец — пришел и стоит туточки.
— Как посмела?.. — повторил лорд, потянувшись ко мне.
— Ки-и-ир! — в ужасе завопила я, понимая, что не успеваю ни вскочить, ни отползти. — Ки-и-ирстен!
Огромная рука приближалась… Я уже хотела малодушно зажмуриться, и тут неведомая сила отбросила Джаронара в сторону, давая мне возможность ускользнуть.
Я не видела того, кто напал на Верле, но тратить на выяснение драгоценные секунды не собиралась. Быстро перевернулась, отползла, спрыгнула с кровати и, только оказавшись на расстоянии, посмотрела на своего спасителя.
Артур…
Мой бывший сокурсник, враг, кошмар университетских лет и моя первая безответная любовь — это он пришел мне на помощь и остановил отца. К сожалению, только на время. Силы, как и в моем случае, оказались неравны.
Оба Верле дрались, но это был бой взрослого матерого кота с неразумным котенком. Все закончилось почти мгновенно. Рывок, подсечка — и Артур неудачно приземлился на каменный пол у потайного хода, приложился спиной о стену, да так и остался лежать. Но Джаронару этого показалось мало. Он развернулся и направился к сыну.
— Не смей стоять у меня на пути, щенок, — процедил он и занес кулак для удара. Для удара, который мог стать последним…
Это выходило за все рамки, за все нормы, за все, что делает человека человеком.
— Нет! Прекрати… Слышишь? Остановись.
Я судорожно озиралась, в поисках хоть чего-нибудь, что способно отвлечь или остановить обезумевшего мужчину.
— Тебе жалко эту навозную кучу, в воспитание которой я вложил столько средств, ведьма? — Верле неожиданно опустил руку. — Поздно. Раньше твое согласие подлило бы ему жизнь, а теперь…
Замах повторился, но и я была готова, потому что поднос… спасительный поднос оказался рядом. Хорошего броска не вышло, но я все же попала Джаронару в голову.
— Он же ваш сын!
— Неудачная попытка, на которую я возлагал некоторые надежды. Не более, — скривился маг. — Ставка не сыграла.
Больше всего меня сейчас беспокоило состояние Артура. Он не шевелился, не проявлял никаких признаков жизни, но я надеялась, что парень просто потерял сознание, поэтому продолжала отвлекать старшего Верле. Когда-то я читала, что с душевнобольными нельзя спорить — нужно соглашаться и говорить спокойно.
