Это случилось осенью

Уверяю вас, начни Маркус бороться за нее, она тут же вернулась бы к нему. Мы-то видели, что с ее стороны это просто уловка, чтобы заставить ревновать и вынудить жениться, а он так и не понял. Ее план провалился. Маркус не любил ее по-настоящему. Это просто одна из женщин… ну, вы понимаете. Маркус всегда был избалован женским вниманием. Он немного испорчен в этом смысле.

Женщины довольно часто падали в его объятия, как только он повзрослел. — Она бросила на Лилиан смеющийся взгляд. — Уверена, он был страшно удивлен, когда встретил женщину, осмелившуюся с ним спорить.

— Мне кажется, он сам выразился бы совсем иначе, — сухо ответила Лилиан. — Но если мне что-то не нравится, я так ему и говорю.

— Отлично, — ответила леди Оливия. — Как раз это и нужно. Очень немногие женщины или мужчины осмелились бы ему возражать. У него очень сильный характер, и жена ему нужна под стать. Для равновесия.

Руки Лилиан бездумно разглаживали несуществующую складку на юбке. Она осторожно заметила:

— Если лорд Уэстклиф и я действительно поженимся, многие родственники и друзья будут против, не так ли? Особенно графиня.

— Друзья не осмелятся возражать, а что касается нашей матушки… — Она подумала немного и честно призналась: — Графиня выразилась достаточно ясно… она вас не одобряет. Сомневаюсь, что она когда-нибудь вас полюбит. Но знайте: вы не одна такая. Она вообще никого не одобряет. Вас беспокоит, что она против вашего брака?

— Да нет, графиня бросает вызов, а мне это даже нравится.

— О, вы просто чудо! — выпалила Оливия. — Обязательно выходите за брата! Мне ужасно хочется, чтобы вы стали моей невесткой. — Она смотрела на Лилиан и радостно улыбалась. — Несколько эгоистично с моей стороны, но есть еще одна причина, почему я хочу, чтобы вы поженились. Мистер Шоу и я пока не собираемся возвращаться в Нью-Йорк, но этот грустный день не за горами. Когда мы уедем, я буду спокойнее, зная, что Маркус женат. Будет кому о нем позаботиться.

Она поднялась со скамьи, разглаживая юбку.

— Почему я все это говорю? Я хочу, чтобы вы поняли, почему брату так трудно довериться чувству, но он сможет. Мне и сестре удалось разбить оковы прошлого, нам помогли мужья. Но цепи, которые сковали Маркуса, намного тяжелее. Я понимаю, его любить нелегко. А если вы примете его таким, как есть, хотя бы наполовину… ну, может быть, немного больше, чем наполовину… думаю, вам никогда не придется пожалеть об этом.