Они уже сидят вокруг меня, подперев ладонями подбородки, глаза горят, рты от нетерпения и предвкушения запретных знаний приоткрыты.
– Я думал, – говорю, – что принадлежать к субкультуре «Эмо» уже не модно.
– Вы наш кумир, – уверенно заверяет одна из девочек. – Когда тётя Света рассказала о новом женихе Али, мы пришли в полный восторг! Совершить подобное может только очень сильный человек. – Они переглядываются в поисках поддержки, кивают друг другу. Кажется, говорят искренне.
– Напротив, – отвечаю, – сильные люди остаются на земле, они сражаются.
А слабые – сдаются, сбегают от проблем. Чтобы покончить с собой, много ума не надо.
– Я пыталась несколько раз, – шепчет девочка с волосами, окрашенными в седой цвет. Она одета во всё чёрное. Отмечаю кожаный шипованный напульсник на запястье. Наверное, представительница субкультуры «Готов». – Но пока не смогла довести дело до конца.
Она снимает напульсник, чтобы показать запястье, где есть тоненькая полоска – шрам, как от пореза во время готовки обеда. Кажется, она хвастается.
Все заглядывают мне в глаза в ожидании похвалы.
Ну что ж. Показываю им свои запястья с грубыми белыми шрамами.
– Вау! – восклицают дети.
– А расскажите, как это – умирать? – мечтательно спрашивает девочка с седыми волосами.
– Правда, что вся жизнь проносится перед глазами?
– Неправда, – одёргивает юноша, – это всё вранье. Просто душа покидает тело. Вы же видели своё тело со стороны?
– А свет в конце туннеля?
– Ну, – смеюсь, – думаю, самоубийцы свет в конце туннеля не увидят.
По крайней мере, я не видел.
– А что вы видели? – Они пододвигаются ближе.
– Ничего, просто темно, – отвечаю.
Дети разочарованно вздыхают.
– Резать вены слишком больно, – рассуждает кареглазая девочка. – Я бы лучше отравилась. Это очень красивая, быстрая смерть. Ты выглядишь как живая, как будто бы спишь, просто мёртвая.
– Вообще-то, – говорю, – не совсем так. Рассчитать смертельную дозировку лекарств практически невозможно. Думаю, не каждый врач сможет составить себе идеальный яд для быстрой смерти.
В любом случае, организм борется до последнего. Когда отрава попадает внутрь, сразу же начинается сильнейшая рвота. Режущая, нестерпимая боль в желудке и рвота. Какая бы поза ни была запланирована для смерти, человек в момент оказывается на четвереньках. Если повезёт, он успевает добежать до унитаза. Мне не повезло. И вот ты плачешь от невыносимой боли, не в силах справиться со спазмами. Тошнит не переставая. Но отрава уже в крови и разносится по органам.
