Фальшивая империя (ЛП)

Он наклоняет голову, чтобы лучше рассмотреть меня. Я слышала сплетни о властности Крю. Его внешности. Его уверенности. Люди мало говорят о его интеллекте. Глубина его глаз, в которую я сейчас смотрю, внезапно кажется главным его достоинством. Он видит меня, видит меня насквозь. Сквозь защиту, которая не пускает всех остальных.

Выбор — это роскошь, которую мы не можем себе позволить. Я понимаю, что он может подумать, что я спрашиваю о другом, нежели о том, что имела в виду.

— Быть генеральный директором, — уточняю.

У него нет выбора, когда дело касается меня. Больше нет. Объявления были сделаны. Организация уже идет полным ходом. Для любого из нас было бы скандалом шокирующего масштаба отказаться от этого брака сейчас — удар по репутации обеих наших семей. Это не должно иметь значения — не должно меня беспокоить, — что у него больше нет других вариантов.

— Да, хочу, — подтверждает он.

Громкий хруст очередного укуса подчеркивает это заявление.

— Отлично, — мой голос полон фальшивой радости и настоящего сарказма.

— Они, наверное, думают, что мы уже утопили друг друга в бассейне.

Я бросаю на его очаровательную улыбку и полный отвращения взгляд в ответ.

— На самом деле, мы пока не можем вернуться.

— Что ты имеешь в виду, говоря, что мы пока не можем вернуться?

— Мне нужно тебе кое-что отдать.

— О, — я понимаю, о чем он говорит, затем бросаю взгляд на полки, уставленные разноцветными банками и коробками. — Здесь, в кладовке?

— Не думаю, что струнный квартет или башня из шампанского подойдут.

Черт возьми. Я думаю, что минимальное число наблюдателей — это мой подход, и мы с Крю на одной волне. Если у него запланирована какая-то сложная речь с предложением, я, наверное, начну смеяться. Делать вид, что это нечто такое, чем на самом деле не является правдой, и мне это неинтересно, особенно когда мы одни.

Какое бы выражение лица у меня ни было, оно вызывает у него гримасу, очень похожую на веселье.

— Да, я так и думал.

— Пошли, — Крю выходит из кладовой. Мы возвращаемся по нашим следам обратно в тот же зал с видом на бассейн и двор.

Он подходит к лестнице слева. Я молча следую за ним. Вверх по лестнице, по устланному ковром коридору и в большую комнату со стенами из темного дерева и старыми книгами. В воздухе витает затхлость, которая пахнет отталкивающе. Здесь не очень уютно, но и не похоже на музей, как в остальной части особняка, за исключением кладовой.