Нет, она не станет покорно смотреть под ноги своему будущему мужу и повелителю!
Дверь распахнулась, быстро вошел Тревор. Глаза его сияли, длинные усы воинственно приподнялись. Он заявил громко и торжественно:
— Благородная Брунгильда! Доблестный рекс Фарамунд прибыл!
Я вижу, что прибыл, едва не вырвалось у нее. Все равно он разбойник, а не рекс. И прибыл как простой разбойник. Неужели не понимает, что в таком виде он наносит ей оскорбление, наносит урон ее высокородной чести?
Фарамунд видел в глазах Тревора радость и смущение одновременно.
Все-таки это была его крепость, которую он подарил без всякий коммендаций Лютеции. Но Лютеции нет, а они вроде бы теперь распоряжаться не вправе...
С другой стороны, его удалось уговорить взять под защиту младшую сестру Лютеции. И хотя ей не дарил Люнеус, но как-то само собой считалось, что ныне здесь хозяйничают Тревор с Редьярдом.
Но это, пока Фарамунд не прибыл лично.
Вытряхнув дорожную пыль, он позволил себя обтереть мокрыми полотенцами, спустился в главный зал.
Девушка медленно сходила по ступенькам, ее фигурка была натянута как тетива лука, взгляд смотрел прямо перед собой. По телу Фарамунда пробежала дрожь. К нему в зал сходила Лютеция, юная и чистая, даже в том же платье, в каком ехала тогда в повозке!.
. Нет, это платье богаче, просто тот же голубой цвет, тот же крой...
Она ощутила его жгучий взор, слегка повернула голову. Он снова вздрогнул. Те же удивительно чистые синие глаза, та же гордая приподнятость скул, детская припухлость щек, но слегка выдвинутый подбородок, что придавал ей вид решительный и упрямый.
Он поднялся, ждал. Сбоку тихонько ахнул Вехульд, глаза военачальника были ошалелые как у лося весной. Громыхало перестал сопеть, подтянул живот. С его языка едва не сорвалось имя Лютеции.
Наступила короткая пауза, которая всем показалась бесконечной. Тревор спускался за Брунгильдой следом, во все глаза смотрел, какое впечатление она произведет, рот расплылся до ушей.
