Фаворит. Том 1. Его императрица

– И ты ей поверила? – спросил он. – Да она сама липла. Сучка не захочет, так кобель не вскочит!

– Помолчи хоть сейчас, будь любезен.

– А ты не ершись, – стал угрожать Орлов. – Своими же колючками и уколешься. Этого-то добра и на твою долю останется.

– Моя доля здесь самая ничтожная.

– Ладно, ладно, – ответил фаворит. – Все-таки хоть изредка вспоминай, кто тебе престол российский раздобыл.

– За это я с вами уже сполна рассчиталась.

– Э, нет! У нас с тобой счет особый…

Екатерина отошла к окну. Царское Село было прекрасно.

По зеркальной глади уплывали в садок безмятежные лебеди. В глубине озера строилась ростральная колонна с носами кораблей – в память о Чесме, из зелени садов виднелся торжественный обелиск – в знак вечной памяти о Кагуле, в глубине парка громоздилась Башня-Руина, на которой высечено: «На память войны, объявленной турками России, сей камень поставлен»… Оскорбленная, она плакала:

– Боже, сколько ж можно еще страдать мне?

«А сама же изгнала. Как понимать тебя, Като?»

Но даже издалека он ощутил ее женскую тоску…

Редкая женщина способна столько прощать.

– У меня нет времени даже для страданий, – говорила она Орлову (и была права). – У меня нет времени для всего, что принадлежит женщинам. Если я сейчас опущу руки, забросив дела, и стану заниматься чувствами, тогда все полетит кувырком… Пойми же, варвар! – доказывала она фавориту. – Я держусь только тем, что по пятнадцать часов в сутки занимаюсь делами. А когда я падаю в постель, изможденная от усталости, ты, отдохнувший и веселый, требуешь от меня страсти.

Мне же в такие моменты ничего не нужно, и это уже не любовь – нет, Гришенька, это насилие…

В этом положении, которое по-человечески легко понять, Екатерина избрала самый опасный путь для обретения душевного спокойствия. Все муки ревности она заглушала откупом. Тебе нравится толстая, как бочка, жена Олсуфьева – даю тебе тысячу крепостных, только оставь толстуху в покое. Ты блудил с княжною Гагариной – вот тебе пряжки с бриллиантами, только, ради бога, чтобы я больше не слыхала об этой девке.

Ты дуешься на свою Като? Так на тебе, Гришенька, мой портрет с алмазами, быстренько поцелуй меня и скажи, что без меня жить не можешь… Постоянная борьба! Но борьба неравная, и у Орлова, конечно же, больше сил и нервов для того, чтобы неизменно выигрывать эти мучительные поединки, заканчивающиеся циничной коммерческой сделкой… Но изредка между Орловым и Екатериной возникала интимная немота.