Фаворитка императора

Озадаченная, непроизвольно сжимая в руках драгоценное письмо, обеспечивающее ей год свободы, она глядела на двух кардиналов, подлинного и мнимого, спрашивая себя, знала ли она когда-нибудь по-настоящему Готье де Шазея. Кем был в действительности этот человек, который так отчаянно боролся за спасение малютки, какой она была когда-то, чья жизнь окутана тайной, кто обычно, не имея за душой ни гроша, смог, однако, одним росчерком пера заплатить княжеский выкуп и, будучи одним из столпов Церкви, разъезжал в одежде простого слуги?

Понимая, без сомнения, волнение крестницы, бывший аббат подошел к ней и нежно обнял:

– Не пытайся постичь то, что не доступно тебе, Марианна! Помни только, что ты всегда остаешься моим дорогим ребенком и что я хочу видеть тебя счастливой, даже если… средства, которые я использую, чтобы привести тебя к благополучию, не очень тебя привлекают.

Да хранит тебя Бог, малютка! Я, как всегда, буду за тебя молиться.

Он торопливо перекрестил молодой женщине лоб, затем подошел к окну и открыл его.

– Это самая короткая дорога к конюшне, здесь не рискуешь кого-нибудь встретить, – пояснил он. – Прощайте, дорогой Филибер. Когда сможете, пришлите Бишета, вы знаете куда. Надеюсь, что вы не пострадаете из-за нашего подлога.

– Не бойтесь. Жандармы Савари ничего не увидят, кроме пурпурной мантии, а лицо я по возможности укрою. К тому же мы не знаем друг друга. Конечно, ваши братья из Святой Коллегии будут несколько удивлены при своем прибытии, но я поставлю их в известность, а через три-четыре дня, на этот раз уже в своем обличье, я изыщу возможность вернуться сюда, где мои люди будут держать запертыми двери под предлогом заразной болезни.

Счастливого пути, дорогой Шазей! Сложите к ногам Святого Отца мою сыновью любовь, мое почтение и покорность.

– Будет сделано. Прощай, Марианна. Когда ты отыщешь ее, поцелуй за меня эту шальную Аделаиду. Мы всегда с нею ссорились, но я все равно люблю ее.

Сказав это, его преосвященство взобрался на подоконник и спрыгнул во двор.

Марианна видела, как он побежал к сараю, видневшемуся в тени четырехугольной башни. Каноник де Брюйар слегка поклонился.

– Он выйдет к берегу Сены, можете не беспокоиться о нем. Что касается меня, с вашего позволения я покину вас. Аббат Бишет ждет меня рядом, а жандармы – на улице.

С этими словами он набросил на плечи просторный плащ и поднял его воротник, чтобы закрыть возможно большую часть лица, затем с прощальным кивком покинул библиотеку.